Победитель остается один

Все это будет продемонстрировано крупнейшим стилистам на главной, закрытой для простых смертных ярмарке моды, именуемой «Первый взгляд».

Первые эскизы сделаны «непонятыми гениями», мечтавшими когда-нибудь увидеть свое имя на этикетке изделия. Они трудятся примерно шесть-восемь месяцев, работая поначалу только с карандашом и бумагой, а потом создавая из дешевых тканей прототипы, которые, однако, можно сфотографировать на моделях и представить на рассмотрение директорам.

Из каждых ста прототипов около двадцати отбирают для показа. Вносятся поправки – другие пуговицы, по-новому вшитый рукав.

Делаются снимки – манекенщицы сидят, стоят, лежат, идут – а вслед за ними – новые поправки, потому что комментарии вроде «годится только для манекенов» способны уничтожить целую коллекцию и поставить на карту репутацию фирмы. Пока длится действо, «непонятые гении» уже выставлены за дверь без выходного пособия, благо считается, будто они проходят испытательный срок.

Самым даровитым удается еще несколько раз увидеть свои творения – и со всей непреложностью убедиться: какой бы успех ни обрела созданная ими модель, упомянуто будет только название фирмы.

Все они грозят, что когда-нибудь расквитаются сполна. Все клянутся самим себе, что откроют собственный бутик и наконец прославятся. Но при этом продолжают улыбаться и работать так, будто их приводит в восторг то, что их выбрали и выделили.

По мере того как отбирают последние модели, кого-то увольняют, кого-то нанимают (на новую коллекцию), и вот наконец из отобранных тканей шьют платья, которые продемонстрируют на показе. Объявив, что демонстрируются они впервые.

Это, разумеется, часть легенды.

Потому что к тому времени у перекупщиков всего мира уже имеются фотографии манекенщиц во всех позах и ракурсах и со всеми аксессуарами, уже известно, что это за ткань, сколько она должна стоить и где именно ее можно будет заказать.

«Новая коллекция» начинает производиться одновременно во многих местах, и чем крупнее и знаменитее фирма – тем больше масштабы этого производства.

И вот настает великий день – вернее сказать, начинаются три недели, открывающие новую эру, которой, как всем известно, отпущено всего полгода жизни. Начинаются они в Лондоне, продолжаются в Милане, завершаются в Париже.