Под запретом (СИ)
Подойдя к Свете, Костя опускает свою руку ей на плечо, и они вместе покидают бар.
Оставшись одна, я медленно кладу стакан на стойку и опираюсь на нее руками. Вокруг тишина, но внутри меня бушует буря эмоций. Почему такое странное чувство, будто что-то не так? Пытаюсь разобраться в своих мыслях, но они словно запутались в клубках и не дают мне покоя. Может быть, это предчувствие чего-то важного или просто беспокойство без причины? Я не знаю, но это ощущение не покидает меня, даже когда я закрываю бар, и выхожу на улицу. Достаю телефон из сумки, с намерением заказать такси и с нетерпением жду, когда он включится.
Черт, неужели батарея села? Не может быть. Что за невезение? Почему именно сейчас?
Убираю нерабочий телефон обратно в сумку, закрываю ее и быстро шагаю по улице, направляясь в сторону остановки. Впервые мне кажется, что эта улица довольно жуткая. Это какой-то плохо освещенный переулок. И почему я раньше не обращала на это внимание?
Идя все дальше, я крепче держу ручку своей сумки, чувствуя, как она становится моим единственным оружием в этом малолюдном месте.
— Привет, крошка, тебя подвезти? — внезапно раздавшийся позади сигнал машины заставляет меня вздрогнуть от страха.
Оглядываюсь и вижу черный автомобиль, который следует за мной. Из него высовывается голова какого-то на вид не самого дружелюбного человека, со шрамом на щеке, а рядом за рулем сидит блондин, вероятно, его приятель. Мое сердце начинает биться сильнее, а руки дрожат. Понимаю, что мне нужно как можно быстрее убраться отсюда. Но прежде, чем успеваю сделать хоть один шаг, мужчины уже выходят из машины и подходят ко мне.
— Нет, спасибо, вы можете ехать дальше, — говорю я, немного отступая.
— Мы не можем оставить даму одну в таком месте, — с тошнотворной улыбкой цедит блондин.
— Я сказала, что мне не нужна ваша помощь. За мной скоро приедут, — придумываю на ходу, надеясь, что они поверят и уйдут.
— Малышка, нехорошо врать, — ухмыляется блондин, глядя на меня с вызовом в глазах, продолжая приближаться ко мне.
Мои ноги начинают дрожать, и я понимаю, что должна уйти от этих амбалов. Их шаги становятся быстрее, и я сама не понимаю, как пустилась бежать.

















