Пограничник. Том 2: Смертельный дозор

Фазир задумался. Обратился к перебежчику и заговорил с ним на пушту. Стоун, неплохо знакомый с этим дикарским языком, быстро разобрал слова Фазира:

— Ахмад, скажи господину Захид-Хану, что американец хочет поговорить с ним и извиниться.

— Хорошо, Фазир, — неловко ворочая языком, ответил молодой мужчина. Он явно только осваивал новые для него слова.

Ахмад направился к самому большому шатру. Фазир обратился к Стоуну:

— Если на то будет воля Бога, Захид-Хан согласится с вами поговорить.

— Я уверен, что будет, — разулыбался Стоун, — обязательно будет.

И Стоун оказался прав. Юсуфза соизволил поговорить. Более того, охотно согласился на новый набег, когда услышал об оружии. А вот кормить американцев не стали. Стоун вежливо отказался.

К своему пикапу он возвратился спустя тридцать минут.

— Сегодня вы долго, — пробурчал чернокожий Линкольн, когда агент сел в машину.

— С каждым разом они все упрямее и упрямее.

— С базы пришло сообщение, — вдруг сказал Линкольн, — полковник Страйкер прибыл туда час назад. Сообщили, вместе с ним приехал кто-то из вашего начальства. Вас ждут там как можно скорее.

«Сегодня вечером напьюсь», — устало подумал ЦРУшник.

— Я говорю вам, товарищ старший лейтенант, что пес неуправляемый, — сказал Нарыв, недовольно насупившись, — его применять на Границе никак нельзя.

— Булат приписан к Селихову, — сказал он и обратился ко мне, — а ты что думаешь, Саша?

— Он мало по малу начинает меня слушаться, — пожал я плечами. — Думаю, через время, сможет вернуться в строй.

— Он ведет себя агрессивно! — Вклинился Нарыв, — бросается на людей! Чуть меня не покусал!

— Он чуть не покусал тебя, Слава, потому что решил, что ты хочешь на меня напасть, — хмыкнул я.

Таран улыбнулся. Нарыв же, удивленно вскинул брови, раздул ноздри.

— Ты, Селихов, думаешь, что и в собаках лучше меня разбираешься?

— Нет. Но я вижу, что шанс у Булата есть.

— Товарищ старший лейтенант, — обратился Нарыв к шефу, — я предлагаю немедленно списать собаку. На Границе ей не место.

— Хочешь сказать, что застава потеряет не одну, а двух собак?

Нарыв поник. Не выдержав взгляд Тарана, отвел свой.

— Пальму будем списывать однозначно, — вздохнул Таран, — и так буча из-за этого поднимется. А если еще и Булата за ней спишем, это уже целый скандал. Извини, Слава, но если Сашка говорит, что шанс есть, я предпочту им воспользоваться. Кроме того, решений своих менять я не привык. Потому Булат останется на заставе до тех пор, пока не вернется в строй…

Таран глянул на меня, добавил:

— Ну или пока окончательно станет очевидным, что вернуть его не выйдет. Пока все слишком не определено.

— Выйдет, — убежденно сказал я. — Только придется приложить усилия.

Таран довольно кивнул.