Похищенная драконом (СИ)

Рядом с ним бился и Рагнар.

Я подхватила платье и двинулась на подмогу отцу. Пусть увидит, что я могу сражаться бок о бок с мужчиной. Что могу ему помочь! Что не зря прошла столько тренировок!

Один из драконов бросился мне наперерез. Размахнувшись, ударил мечом. Я отбила удар рукояткой алебарды. По древку поползла тонкая стружка. Так долго не продержусь. Оттолкнула. Стукнула древком в сгиб между шеей и плечом. Дракон скривился. Не останавливаясь, ударила тупым концом в живот и сразу по руке, выбивая меч. Дракон осел.

Я подняла его меч. Тяжеловатый. Но сейчас, разгоряченная, я не ощущала эту тяжесть.

Платье затрудняло шаг, и я подхватила подол, оголяя ногу, для удобства движения. Шагнула к отцу, но мне перегородил путь другой дракон. Встала в стойку и посмотрела ему в глаза. Это был тот самый предводитель.

— Сдайся, и я прекращу эту бойню, — сказал он, протягивая руку, ожидая, что я отдам ему меч.

Я отбила его ладонь рукой и занесла меч для удара. Выпад — он отбивает атаку легко. Второй — дракон играючи уклонился.

Выбивает из рук меч, хватает за руку и притягивает к себе, прижимая спиной к свое груди, обхватывает рукой горло.

— Смотри же, в этом виновата ты.

Держась обеими руками за твердую руку мужчины, я боролась за каждый глоток воздуха. Тело покрыл холодный пот. Пальцы немели. А к этому добавлялся ужас от происходящего в зале. Отец замахнулся, нанося удар одному из драконов. Было видно, что движения его уже не так точны, как в начале борьбы. Он занес меч для очередного удара. И в тот момент, когда отец был открыт, второй дракон, вонзил в его бок свой меч. Отец дернулся. Третий дракон полоснул его по руке. Меч выпал из рук и со звоном ударился о пол.

Отец стал оседать. Я дернулась, собираясь кинуться к нему, но предводитель драконов лишь крепче сжал меня. Я захрипела.

Услышала неистовый крик. Неужели это голос моей матери? Как надрывно он звучал.

— Смотри! — снова произнес дракон.

Он развернул меня так, чтобы теперь мне хорошо было видно мать.

Она сидела на троне, а позади нее стоял еще один мужлан, приставив к ее горлу кинжал.

Слезы затуманили зрение.

Что-то холодное коснулось моей шеи, но я даже не обратила на это внимания. А последнее, что запечатлелось в сознании, это вид матери, с приставленным к горлу кинжалом.

Брызги крови на платье матери.

Металлический щелчок на шее.

Крик матери стоял у меня в ушах.

Я вспомнила, как она впервые рассказала мне легенду. Была ночь. Мне не спалось, а она гладила меня по волосам и тихо наговаривала, историю нашего мира.

О чудовищах и богах. О благородных фениксах.

— Таких же благородных, как и я? — спрашивала я, и она улыбалась, целуя меня в макушку.

— Ты самый благородный феникс, — отвечала она.

И я верила, но теперь поняла, что прав всегда был именно отец.