Адвокат киллера

В тот день я поняла: мы не знаем, какая капля станет последней, не знаем, какой последний раз действительно станет последним…

Мне было десять.

Растираю глаза. Моргаю, привыкая к сиреневым светодиодным лентам, обрамляющим потолок, затем ввожу пароль на телефоне. Собираюсь связаться с Венерой, но замечаю сообщение от Шестирко.

«Эми, я все объясню. Позвони мне».

Размечтался!

Вот сейчас вообще не до тебя!

Мотаю головой. Надо сосредоточиться. Так, Венера. Венера…

Ох, прекрасно, а что я скажу ей? Детка, парень, в которого ты влюблена, отбитый психопат, желающий от меня избавиться? Звучит как бред шизофреника, ей-богу! Или как припадок нарциссизма.

Одновременно у меня трещит крыша от того, что я наделала. Картина, как я проткнула Глеба скальпелем, отпечаталась в памяти и бесконечно прокручивается лентой кинофильма.

Я вновь обнимаю ноги. Не день, а катастрофа.

– Вот ты где, – произносит Лео глубокомысленно, словно взвешивая слова. Он появляется в двери, запирает ее и встает передо мной на колено. – Ты плачешь?

– Мне тошно.

– Глеб что-то сделал? – Шакал вздыхает и приподнимает мой подбородок двумя пальцами.

 – Или опять угрожал? Говори.

Я прикусываю губы. Ну да, угрожал. Выгонял. Оскорблял. Только вот паршиво не из-за этого. Перед глазами кровь. Океаны крови!

– Я не хотела, – еле слышно оправдываюсь, – все вышло случайно…

Сиреневая подсветка мягко обрамляет черный пиджак Лео, и мне кажется, что свет отталкивается от Шакала, как от заклятого врага, боится прилипнуть.

– Так это ты в Глеба скальпель вонзила? – уточняет адвокат, потирая свою легкую щетину. – С каждым днем поражаешь все больше. Ты из-за этого льешь слезы? Серьезно? Плачешь, потому что кого-то порезала, а не потому что тебя обидели?

– Тебе не понять, – надтреснуто восклицаю.

– Ну, я предполагаю… был повод? – густым успокаивающим голосом рассуждает он. – Но спасибо, что не в горло.

– Не знаю, что на меня нашло, все произошло так быстро, я и понять не успела!

– Зато Стелла тебя на всю жизнь запомнит, произвела неизгладимое впечатление, – саркастично подбадривает Лео.

– Не смешно! Глеб тебе как брат, почему ты спокоен, почему не злишься на меня?

Лео вскидывает бровь.

– Хуже, если бы ты ничего не делала, когда тебя обижают, Эми.

Я знаю Глеба. И что он мог наговорить – тоже. У него феноменально высокий IQ, но разговаривать с людьми не умеет.

Я убираю с глаз волосы, чтобы лучше видеть лицо Шакала, когда он говорит такие вещи.

– Вы оба ненормальные! – отчаянно всхлипываю. – Я совсем вас не понимаю.

– Эй, успокойся. – Он целует меня в макушку. – Тебе нужно расслабиться и снять благоухающее вином платье. Ладно?

Пока я качаю головой, закрывая лицо, Шакал отходит. Вскоре раздается шум воды.