Адвокат киллера

Я щурюсь в ответ на угрозу, выползаю из-под одеяла и иду к горе подношений. Лео тихо ругается, потирая переносицу. Я открываю розовый пакет. Кружевное неглиже. Боди. Чулки. В другом пакете нахожу золотое платье и громко восклицаю:

– Это от-кутюр? Хочешь, чтобы меня на улице раздели?

– А ты не ходи в нем по своей деревне.

– Я не из деревни!

– Сердечно извиняюсь, – хмыкает он. – По станице.

– Как уже сказала, подарки не приму, прости. Не удивлюсь, если общая сумма этого барахла дороже моего дома.

Лео закатывает глаза.

– Как я уже говорил… твое имущество. Распоряжайся как хочешь.

Я кусаю ноготь. Осознаю, что веду себя грубо, некрасиво, но Лео должен прекрасно понимать, как мне неудобно принимать от него дорогие подарки после событий последних дней. Я только узнала правду и разрываюсь на куски от осознания, что провожу ночь с убийцей, а Лео берет и задаривает меня, словно хочет купить. Закидывает деньгами по самую макушку, вдогонку припевая: «Все хорошо, моя слепая девочка, ты ведь ничего не видишь, да? Вот и молодец».

Шакал подходит ко мне и достает из одного из пакетов красную бархатную коробочку.

– С остальным делай что хочешь, но это ты должна носить.

Он открывает футляр. Я вижу золотую цепочку и кулон с черной гравировкой, украшенный бриллиантами.

– Птица?

– Черный феникс. Хочу, чтобы он всегда был на тебе.

– Феникс что-то означает?

– Для меня… да.

– А пояснения будут?

– Он красивый, – гипнотизирующим низким голосом шепчет Лео.

– Многословно.

Шакал достает украшение из футляра и застегивает цепочку на моей шее, после чего целует в висок и возвращается в кровать. Я чувствую, что вопрос застал Лео врасплох, в мгновение адвокат выстроил стену, запрещая мне расспрашивать о смысле подарка…

Не понимаю.

Рассматриваю кулон с птицей, расправившей крылья в стороны. Бриллианты мерцают в свете торшера. Такой изящный кулон. Узнать бы, что означает этот символ.

Лео молча наблюдает, хотя стою я довольно долго. После размышлений продолжаю копаться в пакетах.

– А это еще что?

Достаю из пакета кожаные наручники.

– Это мое.

– Ах, твое? – протягиваю ядовито-сладким голосом, вскидывая брови.

Лео пожимает плечами, закладывает руки за голову. Я прикусываю губы. Кажется, моя усталость растворилась, когда в мягкой полутьме взгляд остановился на мышцах Лео.

Шакал неотрывно изучает меня, чувственно улыбается. Я неосознанно любуюсь его прессом. Сильным телом. Такой горячий. И мой.

Дьявол…

Я не хочу, чтобы он был с кем-то еще. Только со мной. И это очень плохо. Лео привязывает к себе. Чем больше его узнаю, тем сложнее будет вычеркнуть из памяти наши отношения.

Проклятье!

Беру две пары наручников из пакета, невесомой походкой приближаюсь к кровати, забираюсь и перекидываю ногу, седлая Шакала.