Адвокат киллера

Отец Макса…

Меня покрывает холодным потом.

Мусолю в голове образ Крауса. Макс – его молодая копия, невероятное семейное сходство. Перед глазами возникает фото, которое мне давал Шестирко. Следующая жертва убийцы. Это он. Краус-старший. Не помню имени, зато лицо запомнила в мельчайших деталях и клянусь: глаза у него добрые, ласковые, несмотря на то, кем этот седеющий мужчина является. Вор. Мошенник. Благодаря связям он выигрывает огромное количество государственных контрактов в крае, а потом крадет из бюджета приличные суммы. Но это, конечно, не повод убивать его.

Или я не знаю чего-то еще?

– Твой отец, – спрашиваю я. – Он хороший человек?

– Ну… он мой отец. Для меня он всегда самый лучший и хороший человек.

Я столбенею из-за философского тона Макса. И правда… Дурная. Что еще он должен был сказать? Что его отец заслуживает смерти?

Неловкую ситуацию обрывает Курилка, который уже минут десять ходит по аудитории с электронной сигаретой, вздыхая, как неупокоенный призрак.

– Мы идем или как? – встревает он.

– Ой, здесь покурим, – рычит Макс поднимаясь. – Окно откроем, и нормас.

Он достает из кармана штанов пачку сигарет, мельком кидает озадаченный взгляд на меня и уходит с Курилкой.

– Чацкий… – мусолит на языке Дремотный. – Тот самый мужчина, который сегодня хотел тебя трахнуть?

– Спасибо, что не сказал об этом вслух, – округляю я глаза, – огромное тебе спасибо, Дремотный.

– Тогда похвали меня еще. Так, чтобы все слышали.

– Ты придурок? – вскидывает бровь Венера и лупит его тетрадью по плечу.

– Ты такой классный парень, мечта любой девушки, – заявляю я громко. – Кому ж ты такой достанешься-то? Восторг!

Дремотный встает и отвешивает мне шутовской поклон:

– Я польщен, миледи.

– Не паясничай, – просит Венера.

Он плюхается обратно, подпирает голову кулаком и игриво смотрит на мою подругу, которая подпиливает ногти, затем подставляет ей свою ладонь с покусанными пальцами. Венера задирает нос и отворачивается.

– Теперь уже и я волнуюсь. Куда делся наш препод?

– Изыди! – шипит Венера. – Какая разница? Сиди и радуйся.

– У нас последняя пара. Нас могли бы отпустить, если пары не будет, алло!

– Да иди хоть сейчас. Если дверь на улицу откроешь. Нас завалило снегом по самые гланды, если ты не заметила, и первой рыть там тоннель я не стану.

– А у меня еще допы по английскому, – грустит Дремотный.

– Опять? Скоро все подумают, что вы встречаетесь, – смеется Венера. – Чаще тебя к нему никто не ходит.

– Ну, знаете ли, это вы учили в школе английский, а я учил немецкий. Что мне остается? Ах, ну вас, – отмахивается и встает. – Пойду лучше делом займусь.

Парень щедрым жестом распахивает куртку с набитыми внутренними карманами.