Полтора элитных метра, или Получите бодрого Дракона!

С чего бы?

Сарки нашу наглядную демонстрацию нежных чувств стоически проигнорировали. Или, по крайней мере, сделали такой вид.

— Ах вы, шалунья! — всплеснул руками Артамин Извергулович, улыбаясь чуть ли не во все зубы. — Это же надо было так правдоподобно разыгрывать шапочное знакомство! И как долго вы хранили в секрете вашу помолвку?

— Почти с самой первой встречи, — мстительно припечатала я.

— О да… — томно протянул Мортифор. — Это была любовь с первого взгляда! Как только я ее впервые увидел…

— Со взведенным арбалетом и болтом, нацеленным промеж глаз, — внесла я свою лепту в рассказ.

— …то понял, — невозмутимо продолжил Мортифор, — что никогда прежде по отношению к женщине не испытывал таких сильных и бурных чувств. Я смотрел на нее, так неожиданно и стремительно ворвавшуюся в мою жизнь…

— Ну, это очень мягко сказано!

— …и понимал, что готов пойти за ней хоть на край света…

— Полагаю, чтобы открутить мне башку.

— …Все, что было в моей жизни до нее, — мелочи и суета…

— Охотно верю, мы и не такое можем! Мы просто чемпионы пакостей!

— …В общем, в тот момент я понял, что крепко и безоговорочно влюбился, и немедленно сделал княжне предложение…

— Весьма оригинальным способом, — вмешался Вик, прекрасно помнивший, как ставился вопрос. Высокие чувства там и рядом не стояли!

— Княжна думала почти сутки, — охотно давал интервью Мортифор. — И вскоре согласилась также не менее оригинальным способом, пометив мои столбики.

— Значит, примета, что тот, к кому Драко влезет в окно, станет их половинкой, работает?

— Несомненно, — кивнул Мортифор.

— Ваш брак на равных правах. А чья это была идея?

— Моя, — признал авторство оборотень. — Вы только взгляните на нее! Ну, как можно обидеть такое хрупкое, нежное, ранимое существо?!

— И правда, — кивнул Астормах, — кто рискнет здоровьем?

— Исходя из равенства заключенного союза, каждый из вас вправе гульнуть налево. А посему всех очень интересует вопрос: как вы, княжна, относитесь к факту измены?

— Ну, этот вопрос относителен, — вступил в разговор Вик. — Если измена со стороны Мортифора, то в силу сложившихся обстоятельств мы простим. Света же заводить левые романы не намерена.

— Хм, интересная позиция! Значит, вы не собираетесь наставлять мужу рога?

— Я скорее удавлюсь. — Озвучила я печальную истину. Экспериментировать с ошейником не хотелось.

— Ух, ты! — подпрыгнули сарки. Видно, я только что сказала нечто сенсационное. — Мортифор, как вы можете объяснить такую удивительную позицию вашей жены?

— Думаю, всему причиной ее высокие моральные идеалы и трепетное отношение к священным узам брака, — хитро улыбнулся тот, ласковым жестом теребя цепочку у меня на шее. Он тоже понял мои мысли про ошейник.