Порочная слабость

– Как это, не шлюха? Ты сам сказал минуту назад! – не обращая внимания на слезы, упрекнула я, громко, с противным визгом в голосе. Даже самой стало мерзко от этого звука.

– Я этого не говорил! Это, млять, платье твое! Откуда оно у тебя вообще взялось?! – рычал Алексей, ни на миллиметр не отстраняясь от меня. И получалось так, что мужчина выкрикивал все свои фразы мне в лицо, а от каждого звука по моему телу шла неожиданно приятная вибрация.

– Твои верзилы притащили! К твоему сведению, я в магазины уже месяц не хожу! – парировала я.

– Шмель! Зайди! – прорычал Заверин.

– Не заходи! – еще громче выкрикнула я. – Или я суну руку в свою сумочку!

Угроза была смешной. Но Алексей бросил на меня заинтересованный взгляд, а потом перевел его на сумочку.

– Открывай! – приказал он.

Я прикинула, что вот сейчас меня лишат последнего оружия. А ведь я планировала сохранить пистолетик до нужного момента. Я свято верила, что он пригодится мне в ближайшем будущем. Было у меня такое предчувствие.

– Нет! – отважно возразила я.

– Что у тебя там? – требовал ответа Алексей.

А меня, разумеется, уже унесло в беззаботную страну под названием «Кретинизм». Мой язык опережал мои мысли. А здравый смысл и вовсе сбежал от такой хозяйки, как я.

– Шлюшьи штучки, пачка презервативов и вагон лубриканта! Нужны? Могу одолжить! – съязвила я.

– Да ты издеваешься! – рявкнул Заверин, а потом и вовсе схватил меня за плечи руками.

Мне подумалось, что вот сейчас мужские руки обхватят мою многострадальную шею и крепко сожмут. А поскольку умирать мне не хотелось, тем более в этом идиотском платье и немного нетрезвой, то пришлось действовать решительно.

Руками схватилась за тонкую ткань рубашки, дернула на себя так же резко и крепко. И замерла в миллиметре от упрямых сжатых в одну линию губ.

Я уже чувствовала терпкий вкус поцелуя. Пьянящий аромат сильного мужчины с примесью безумия.

– Леша… – выдохнула я.

Он не ответил. Стиснул так, что сначала затрещали ребра, а уж потом отказали все части тела. И я обвисла в сильных мужских руках безмолвной и послушной марионеткой.

Жадный рот сминал мои губы. Язык сплелся с моим в диком танце.

Лютый голод и безумный пожар захлестнули каждую клеточку. Мои ноги отказывались удерживать мой вес. Пришлось буквально вскарабкаться на крепкое и напряженное тело. Одним рывком Леша подхватил меня, заставляя обвить ногами.

Мы целовались, как безумные. Словно кто-то выдернул чеку, а дальше – взрыв, ослепительный и оглушительный.

Я отвечала не менее жадными, кусающими поцелуями. Не хватало воздуха. Легкие горели огнем. Грудь разрывало от жуткого давления.

Мне удалось сделать глубокий, рваный вдох, когда мужские губы сместились на мою шею, а потом и ниже – к груди.