Последняя буква Севера

Скрестив руки на груди, он сидит напротив и, закусив колечко в губе, смотрит на меня пристально и при этом как-то разочарованно, словно тоже считает, что я не должна быть здесь. Считает, что я не могу дать отпор.

Поймав взгляд Тиффани, я выставляю средний палец и демонстративно почесываю им щеку. Она щурится, но ничего не говорит.

В следующую секунду Джейк уже не смотрит на меня, но на его губах играет едва заметная улыбка, а я пытаюсь понять, какого черта повелась на его молчаливую провокацию и решила что-то доказать.

– Давай же, Мик, пойдем, – уговаривает Олли, и мне до безумия сложно отказаться, но нет выбора, потому что обещала помочь маме в боулинге. – Будет весело.

– Да, будет очень весело, – подтверждает Рэм, подмигивая девчонкам. – Готова покатать шары, Айрис? Твое любимое занятие.

– Пошел ты со своими пошлыми шуточками! Ник, скажи ему, чтобы перестал.

– Перестань, – с безразличием в голосе просит Ник, тыкая пальцем в экран телефона. – Как посмотреть закрытый профиль, если тебя не добавляют в друзья?

– Неужели кто-то оставил за бортом Ника Ровера? – с наигранным беспокойством спрашивает Олли, открывая банку колы. – Легендарное событие.

– Вы о ком? – оживляется Айрис, и ее натянутая улыбка больше напоминает гримасу Джокера.

– О катастрофе, – смеется Рэм. – Очень сексуальной катастрофе.

– Еще слово о ней, и я разобью тебе нос, Рэми, – предупреждает Ник, не отрывая взгляд от экрана.

Рассмеявшись, Рэм вскидывает ладони.

ПАКТ многозначительно переглядываются, и я могу выдохнуть, потому что весь оставшийся день они проведут в сплетнях и поисках «Катастрофы» Ника.

Ненавижу полировать и обрабатывать маслом дорожки для боулинга, шумную машину заносит из стороны в сторону, а еще она трясется и передает вибрацию по всему телу.

– Ты тут еще долго? – спрашивает Фрэнк.

Мамин начальник вечно торопит, ему всегда всего недостаточно: скорости, чистоты, дисциплины. Но он разрешает мне подменять маму, а еще позволяет уносить еду с кухни после завершения смены.

– Закончу уборку в зоне для разбега, и все.

– Поторапливайся, нужно обработать обувь.

Нет, вот что я на самом деле ненавижу. Сначала нужно вынести мусорный мешок с использованными одноразовыми носками, потом продезинфицировать обувь, используя средство для устранения запаха, точнее было бы сказать – смрада.

Разобравшись с мешком использованных носков, я с грустью смотрю на переполненный ботинками контейнер.

– Тебе везет, сегодня меньше, чем обычно, – говорит Юджин, перебирая пластиковые номерки.

Поправив повязанную на голове бандану, я подтягиваю перчатки и, взявшись за край контейнера, тяну его по полу в сторону подсобки.

Услышав знакомый звонкий смех, я вздрагиваю.

– Ну перестань, Оливер!

Мне не послышалось.