Последний билет в рай

Извините, я забыла, как вас зовут?

Странно: я в прошлый раз и не называла себя, не до того мне было. Я тогда как раз узнала от Лены о смерти ее подружки.

– Надежда, – сказала я, – Надежда Петрова.

– А-а… Так как насчет чаю?

– Спасибо, с удовольствием.

Вскоре мы с Леной сидели за столом и пили чай.

– Так вы говорите, Никита еще очень слаб? – напомнила я девушке о теме нашего разговора.

– Да. Мне Инна – сестра Аллы – вчера сказала, что его только потому и выписали, что в больнице он очень медленно шел на поправку. Врачи сказали, что ему просто необходим домашний уход. Понимаете?

– Понимаю. Дома, говорят, и стены помогают.

– Вот-вот! Так что выписать-то его выпишут, но ему требуется такое количество лекарств! А цены на них – мама дорогая! И вообще, они сказали, что ему бы в санаторий для сердечников съездить. Там процедуры хорошие, свежий воздух. Опять же новые люди… Одним словом, Никите надо как-то отвлечься от своего горя.

– А Мария Кирилловна, значит, себя уже лучше чувствует? – поинтересовалась я.

– Тетя Маша? – Лена махнула рукой. – Лучше-то лучше, но не намного. Просто она в молодости была комсоргом. Так вот, она вожаком настоящим была. Молодежь организовывала, собрания, субботники всякие проводила… Крепкая она. Привыкла быть сильной, знает, что на нее все ровняются, с нее пример берут, вот и держится. А Алла – что? Она была очень романтической натурой. Нежная, слабая… С одной стороны, это хорошо – мужчинам такие девушки нравятся, а с другой, не очень: первая жизненная коллизия, – и она не выдержала…

Лена вздохнула, вспомнив подругу. Мы немного помолчали.

– Значит, Никиту еще лечить и лечить? – спросила я.

– Да… Только не представляю, на что они будут его лечить? У них с деньгами не просто туго – совсем беда! Пенсия тети Маши да мизерное пособие на ребенка у Инны – вот и весь их доход. Один раз Никите с работы принесли какую-то сумму, но ее ненадолго хватило. Сами понимаете: похороны, потом поминки, два памятника надо ставить. Потом Никита в больницу попал… Инна сейчас работу ищет; слава богу, хоть тетя Маша немного поправилась и может с внучкой сидеть. Только когда еще Инна устроится! И когда Никите по больничному заплатят! Так что с деньгами у них туго, очень туго… Когда Алла погибла, мы, соседи по дому, собрали им, кто сколько мог. Чуть больше десяти тысяч набралось. Да когда это было! Я захожу к ним, помогаю, чем могу. Мы с мужем им тоже денег дали на первое время. Только ведь дали-то немного: муж мой один – кормилец, я пока что у него на шее сижу.

– Лена, я как раз по этому поводу и пришла, – сказала я.

– Что, объявление хотите в своей газете дать? Я ведь тоже об этом думала. Может, найдутся добрые люди, откликнутся на чужую беду и помогут им деньгами?

– Уже нашлись. Откликнулись и помогли.