Магистр дьявольского культа

В отличие от Цветущего Сада, Благоуханный Дворец представлял собой типичное строение Башни Кои: повсюду виднелись резные балки и расписные стропила, придавая зданию поистине императорский вид. Внутри дворца легкие газовые драпировки многослойными каскадами опускались до земли, а курильницы для благовоний в форме мифических зверей испускали ароматические дымки. Вопиющая роскошь и шик внутренних покоев, помимо всего прочего, навевали также сладковатое и тягучее чувство упадка и морального разложения.

Сейчас Цзинь Гуан Яо находился в Цветущем Саду вместе с Лань Си Чэнем и Не Хуай Саном, а значит, Благоуханный Дворец временно остался без хозяина, что давало Вэй У Сяню возможность тщательно исследовать его.

Бумажный человечек отправился в полет по зданию, разыскивая все, что могло бы вызвать подозрение. Внезапно на одном из столов Вэй У Сянь увидел агатовое пресс-папье, под которым покоился конверт.

Конверт оказался уже открытым и неподписанным, без каких-либо гербов или иных опознавательных знаков, но, судя по толщине свертка, в нем определенно что-то лежало. Вэй У Сянь, хлопая рукавами, приземлился на стол, намереваясь заглянуть внутрь, однако, как он ни старался и ни тянул его на себя, вцепившись «руками» в край листа, письмо оставалось на месте.

Его нынешнее тело целиком состояло из бумаги и почти ничего не весило. Он при всем желании не мог сдвинуть тяжелое пресс-папье.

Вэй У Сянь пару раз обошел его, попробовал спихнуть пресс ногами, затем опять руками, лягался и брыкался, но письмо отказывалось поддаваться. Признав временное поражение, человечек решил пока оставить его в покое и продолжить поиски прочих внушающих недоверие предметов, но тут вдруг боковая дверь внутренних покоев слегка приоткрылась.

Встревоженный Вэй У Сянь проворно соскочил вниз и замер, прилипнув ко внутренней стороне столешницы.

В комнату вошла Цинь Су, и Вэй У Сянь догадался, что дворец вовсе не пустовал, просто его госпожа тихо сидела в своих покоях.

В появлении хозяйки Башни Кои в Благоуханном Дворце не нашлось ничего необычного, но состояние самой Цинь Су было крайне далеко от нормального. Лицо ее выглядело белее снега, словно вся кровь разом отхлынула от него, а фигура ощутимо пошатывалась, будто она получила удар чем-то тяжелым и только что очнулась от беспамятства, рискуя в любую минуту вновь провалиться в забытье.

Вэй У Сянь подумал: «Что случилось? Она совсем недавно великолепно себя чувствовала во время пиршества».

Прислонившись к двери, Цинь Су некоторое время оцепенело смотрела перед собой, а затем, двигая рукой по стене, медленно приблизилась к столу. Она посмотрела на письмо, лежащее под агатовым пресс-папье, и потянулась к конверту, словно намереваясь взять его, но на полпути отдернула руку назад.