Магистр дьявольского культа

Цзинь Цзы Сюань никак не мог поймать своего доброжелателя, поэтому, разумеется, спросил об этом девушку, которую увидел. Та, будучи довольно смышленой, ни в чем не призналась, только залилась краской и стала невнятно все отрицать, так что слушателю сразу стало ясно — это ее рук дело, просто девушка не желает открывать Цзинь Цзы Сюаню свое заботливое сердце. Поэтому юноша не стал вытягивать из нее признание, но при этом начал проявлять благосклонность и заботу к этой девушке, да к тому же повысил ее статус до приглашенного заклинателя. Так продолжалось довольно долго, и сама Цзян Янь Ли не замечала ничего странного, пока, в один из дней, когда она вновь относила суп Цзинь Цзы Сюаню, он не вернулся раньше времени за важным письмом.

Разумеется, Цзинь Цзы Сюань спросил, с какой целью Цзян Янь Ли пришла в его покои. Девушка долго не могла ответить честно, но услышав в его голосе подозрения, все же решилась, на свой страх и риск, выдать правду.

Вот только этот повод кое-кто уже использовал в качестве оправдания.

Легко догадаться, как Цзинь Цзы Сюань отреагировал, услышав ее снова.

Он немедленно «обличил» Цзян Янь Ли во «лжи».

Девушка никак не ожидала, что все повернется таким образом. Обычно она не любила говорить о себе, никто здесь даже не знал, что она — молодая госпожа Ордена Юнь Мэн Цзян. Поэтому в тот момент Цзян Янь Ли не смогла придумать никаких доказательств своей правоты, лишь попыталась объясниться, но все ее объяснения усугубляли ситуацию еще сильнее. В итоге Цзинь Цзы Сюань ожесточенно бросил ей: «Не думай, что если ты рождена в клане заклинателей, то можешь присваивать себе и попирать ногами чужую доброту! Некоторые люди, хоть скромного происхождения, а в душе все же благороднее, чем иные из прославленных кланов. Пожалуйста, не выходи за рамки дозволенного!»

Из слов Цзинь Цзы Сюаня Цзян Янь Ли, наконец, кое-что поняла."

"С самого начала Цзинь Цзы Сюань не верил, что дочь именитого клана с низким уровнем заклинательства, такая, как Цзян Янь Ли, могла принести хоть какую-то пользу на поле боя или же оказать иную помощь. Попросту говоря, он считал, что девушка лишь искала повод сблизиться с ним, и потому решила помешать сопернице.

Цзинь Цзы Сюань никогда не понимал ее и не хотел понять.

Поэтому, разумеется, не поверил ей.

А после этих его слов Цзян Янь Ли расплакалась прямо там, где стояла. Когда Вэй У Сянь вернулся, он застал именно эту картину.

Несмотря на мягкий характер шицзе, кроме того дня, когда они втроем впервые воссоединились после уничтожения Пристани Лотоса и, обнявшись, плакали навзрыд, она не проронила за всю жизнь ни слезинки прилюдно, не говоря уже о том, чтобы расплакаться столь громко и горько на глазах у множества людей.