Последний дубль

Я закрыл глаза и откинулся на спинку кресла, дрожащими пальцами продолжал сжимать ноутбук. Я отказывался верить фактам.

Я думал, я убил его.

А он продолжал убивать.

Как? Как это возможно?

Я пошел на кухню, достал свои таблетки и запил их вином, которое купил для свидания с Китаяночкой. Я понимал, что нельзя смешивать лекарства с алкоголем, однако мне стали безразличны все вероятные последствия.

Он остался в живых и продолжал убивать. Он хотел крови. Это был его стиль — приносить хаос, разрушать, отравлять мое существование.

Я думал, я убил его. Еще тогда, после Пантеры.

Я помню, как плакала мама, когда нам позвонил следователь. Мы поехали на опознание, и там у нее случился гипертонический криз.

Я был поражен тем, во что превратилась моя сестра.

Она была очень красивой. Не такой, как Мертвая Девушка или Пантера. Совсем другой, но очень чистой и невинной. Ей едва исполнилось двадцать лет, и она казалась мне ангелом. Мама не выдержала ее смерти, скончалась вскоре после похорон.

Моя сестра выглядела как одна огромная кровавая рана. Я не думал, что столько крови может находиться у человека внутри. Когда никто не видел, я начертил крест на ее груди. Я хотел оставить ей что-то на прощание.

Полиция очень быстро нашла виновного. Им оказался парень из университета, в котором училась моя сестра. Я не верил, что он настоящий убийца, хотя окровавленное орудие преступления обнаружили именно в его квартире.

Я чувствовал, что этот бедняга не замешан. Не каждый способен убивать. Необходима особая степень безразличия к происходящему.

Я хотел отомстить, но не мог.

Я не знал, где искать настоящего убийцу.

Прошло время, я повстречал Механика, начал зарабатывать деньги, познакомился с Пантерой. Она была прекрасна, часто играла мне на рояле. Она играла так, что порой я начинал верить в Бога. Я ничего не смыслил в музыке, но ее музыка заставляла меня растворяться.

Мы плавали в море и целовались. Была ночь, и звезды сияли с небес. Мне казалось, что мы плывем по безграничному кровавому океану.

Она подарила мне настоящее счастье.

Я даже захотел узнать ее имя, хотя я не слишком жалую имена, предпочитаю собственные прозвища, которые просты и понятны.

Она была моей Пантерой, моей хищницей, палачом и отрадой. Она была сладчайшим из ядов, настоящей отравой.

Я знал, что сердце перестанет биться, если я потеряю ее.

Вернее, я нашел ее. Мертвой. В нашей квартире.

Там было столько крови. На полу, на стенах. Повсюду.

Я люблю смотреть на кровь, но тогда мне показалось, будто я ослеп. Это был тот самый хаос, который я видел прежде. В морге. На процедуре опознания моей сестры.

Сомнений не оставалось, здесь действовал один и тот же человек.

Мне пришлось пытать и убить Механика, потому что он скрывал убийцу Пантеры.

А потом...