Последний Паладин. Том 2 (СИ)

Тем, что выделяет его из всех детей Князя Света и дарует ему преимущество в битве за наследство.

По крайней мере, так искренне считал сам Куратор всю свою жизнь, пока не встретил его…

— Давай проясним, — высокомерным тоном повторил Куратор, медленно поднявшись с трона на ноги, — вам поименно известна вся охрана, вооружение и местоположение врага вплоть до метра. Все перемещения сливаются нам в режиме реального времени, барьеры опущены, а еще мы говорим о квартале, который я контролировал двадцать лет и в котором вам известен каждый сантиметр. Я нигде не ошибся?

— Н-не ошиблись, господин, — разбил лоб в кровь об белоснежный паркет слуга.

— Тогда почему вы не способны туда даже попасть? — холодно спросил Куратор, поставив ногу на спину слуги.

— Мы не знаем, господин! Никто не возвращается! Единственное слово, которое удалось разобрать по посмертным записям разговоров это «Еретик».

— Еретик? — удивленно переспросил Куратор.

— Д-да, господин. Это последнее, что слышит каждый лазутчик перед смертью, — промямлил слуга.

— Хм, — задумался Куратор и вернулся на трон, — это какой-то пароль? Кодовое слово? Никогда не слышал о подобных системах защиты. Скольких посылали?

— Тридцать семь человек, господин. Включая пятерых бывших теневиков, которые еще утром благополучно вышли из квартала.

— То есть они убивают даже своих. А этот Маркус лучше, чем я думал, — высокомерно хмыкнул Куратор и перевел взгляд на потемневшее окно, — на сегодня отбой. Если вам идиотам не удалось проникнуть в Теневой квартал днем, то ночью вас и подавно будут ждать. Переведи все мои объекты в режим боевой готовности и усиль охрану.

— Где именно усилить охрану, господин? — подняв голову, робко спросил слуга.

— Везде, — слегка раздраженно махнул рукой Куратор и, чуть подумав, добавил, — но в первую очередь вокруг моих покоев. Свободен!

Услышав спасительное слово, слуга умчался исполнять приказы, а Куратор направился в свою постель, только вот уснуть этой ночью он так и не смог.

Мои покои оказались не просто до блеска начищены, но и отремонтированы под стиль, который я использовал в своей съемной квартире.

Ольга избавилась от всех мрачных и вычурных элементов старины, которые так любил Филипп. Кровать и матрас были абсолютно новыми, впрочем, как и девяносто процентов мебели в покоях.

Похоже, Ольга все еще чувствовала некую вину за те обстоятельства, при которых мы познакомились, и сейчас из кожи вон лезла, чтобы мне угодить. И, надо признать, у нее получалось.

Правда, один смущающий меня нюанс в покоях все же оказался.

И имя этому нюансу Лиса.

Девушка свернулась калачиком и, укутавшись в одеяло по самую макушку, сладко спала.