Постучи в мою дверь

Их отношения кажутся ей неправильными? Ошибкой?

— Ты ранен. Тебе необходима помощь лекаря. И отдохнуть. А еще Король с дочерью приехал. Я… я подслушала его разговор с Адрианной. Он хочет видеть тебя. Велел ей тут же отправить тебя к нему, как только вернешься… — Последнее слово Олеся буквально выдохнула. Так тихо, что он едва услышал.

Она выглядела грустной и печальной. И Габор понял, что рад этому. Глупо извращенно рад. Она боялась потерять его и не скрывала своих чувств из-за этого.

А он становился счастлив, как глупый пацан, получивший кивок и взгляд от желанной женщины.

— Ты все еще сомневаешься. — Он коснулся ее волос и едва не застонал, когда ощутил их прохладную шелковистость.

Олеся покачала головой, позволяя его пальцам запутаться в прямых прядях.

— Нет. Я просто… боюсь тебя потерять. Хочу, чтобы ты принадлежал только мне. Был моим и больше ничьим. Это так глупо, да?

Желание и нежность затопили нутро. Стало трудно дышать. Габор понял, что сердце лопнет, если он не поцелует ее.

Он наклонился и замер на расстоянии дыхания от ее пухлых алых губ:

— Нет. Это совсем не глупо. Я твой.

Габор понимал, что позволит ей сделать с собой все, что она только пожелает.

Вся его жизнь оказалась сосредоточена в ее тонких изящных ладонях.

Он уже ощущал ее рваное дыхание на своих губах, когда дверь оглушительно скрипнула, раздался звук шагов, а женский голос испуганно запричитал:

— О-о-о… прошу прощения! Я думала, мы можем расположиться здесь же, как и вчера, чтобы продолжить примерку… Возможно мне стоит поискать другое место…

Габор отчаянно пытался заставить мозг работать. Он медленно обернулся. Портниха пялилась на них с Олесей и даже не думала никуда уходить.

А он не собирался менять своего положения, понимая, что это наверняка породит тысячи сплетен о них с Олесей. Это был не ее мир, где можно было поменять мужа и жену, как только они надоедали друг другу. Здесь даже пребывание в одной комнате пусть и отдаленных родственников, могло подвергнуться осуждению.

Возможно, Олеся и не осознавала, но теперь она была привязана к нему еще крепче. Людской молвой. Габор подавил желание расхохотаться.

Великие Небеса! До чего он докатился?! Пытается загнать в ловушку сплетен девушку, которая и понятия не имеет о принятых здесь порядках.

Но разве она не сказала, что хочет быть с ним? Кажется, она наконец откинула свои глупые сомнения и приняла свои чувства к нему. Но Габор не собирался оставлять ей даже малейшего шанса на отступление.

Не после того, что собирался делать с Миклошем. И все это — лишь бы обладать ею.

Олеся сдавленно выдохнула и вжалась в спинку кресла, пытаясь отстраниться от него. Ее румянец стал алым. Даже удивительно, что она отчаянно стеснялась, оказавшись застуканной с ним.