Постучи в мою дверь

Как набухают от возбуждения и боли нежные складочки. Ей хотелось… Она уже была готова умолять… Палец Габор погладил плоть между малыми губами, собрал смазку и коснулся ее губ, размазывая ее собственный сок.

Голос Габора послал по телу чувственную дрожь:

Олеся, уже себя не контролируя и потеряв власть над своим телом и душой, облизнула губы. Коснулась языком пальцев Габора, ощутила немного терпкий вкус собственной влаги.

— Я попробую тебя… Позже… Каждую ночь…

Она должна была поспорить, сказать, что больше ничего не будет, но… Не сказала. Сердце забилось быстрее от предвкушения новых ласк, очередных ночей.

Она так ничего и не ответила. Габор развел ее ноги еще шире и медленно вошел. Олеся застонала. Он замер в ней на несколько томительных секунду, а затем начал двигаться.

Олеся потеряла связь с реальностью. Пропала в водовороте страсти. Габор начал двигаться. Хотя движением это было сложно назвать. Он вбивался в Олесю, одновременно насаживая ее на себя, до упора, до боли. Наслаждение затапливало. Олеся вцепилась пальцами в покрывало. Невозможность пошевелиться лишь усиливала возбуждение, которые уже раскалилось до бела. Новые потоки влаги устремлялись вниз. Габор врывался в нее и выходил с тихими хлюпающими звуками. Влаги было так много, что их кожа скользила друг о дружку. Мышцы начали сокращаться, обхватывая горячий твердый член, безжалостно таранящий ее тело.

Олеся вгрызлась зубами в покрывало. Габор не знал пощады. Он как совершенный безжалостный механизм терзал ее тело, а Олеся лишь громко распутно стонала под ним, приподнимая бедра еще выше. Вкус пыли во рту, покрывало намокло от слюны, на спину капали капельки пота с тела Габора.

Ладонь Габора скользнула под живот, накрыла промежность. Палец нашел клитор и погладил. Олеся зарычала. Дернула головой и застонала от боли. Габор по-прежнему держал ее волосы в кулаке, прижимая к кровати. Он продолжал дико таранить ее тело, едва ли не разрывая на части. Палец вычерчивал круг на набухшем клиторе. В какой-то момент он ворвался слишком глубоко, поднимая ее над горой из подушек. Олеся закричала. Внутри что-то оборвалось. Мышцы сжались вокруг его члена. Все тело задрожало, бешено сотрясаясь.

Габор сделал еще три рывка и замер. Упал на нее, вытащив из-под живота ворох покрывал и подушку. Прижал к кровати. Олеся чувствовала, как он дрожит, и от этой дрожи трется о ее тело. Его горячее дыхание накрыло шею. Никогда раньше не было так хорошо. Незнакомое раньше наслаждение мягкими волнами омывало тело. Дыхание медленно, с трудом, выбиралось из тела. Нежная истома опутала своими сетями.

Олеся с трудом разжала пальцы, выпуская из хватки ткань покрывала. Почувствовала, как Габор отпустил ее волосы и чуть сдвинулся, позволяя дышать. Их ноги переплелись.