Поцелуй меня, если осмелишься!

«Интересно, я подошла бы под критерии жесткого отбора в семью Рейнольдс, или мое происхождение тоже неподходящее для мистера Высокомерие?» – отчего-то подумалось Лорен, а потом она услышала приветливый голос миссис Рейнольдс.

– Дэнни, Лори, ну наконец-то! Я уже заждалась. – Она по очереди поцеловала обоих и недоуменно оглядела наряд Лорен. – Дорогая, ты выглядишь… э-ээ… необычно.

– Мама, а Мэтт? – вмешался Дэнни.

– Не волнуйся, он звонил, сказал, что немного задержится в офисе, – отмахнулась Синтия.

Лорен усмехнулась. Да, по сравнению с утонченной миссис Синтией Рейнольдс, она выглядела по меньшей мере забавно.

Кокетливое бледно-розовое платье, не позволявшее даже нагнуться, и такой же укороченный пиджачок. Лорен не сказала бы, что выглядела совсем уж вульгарно, но провокационно – это уж точно! Особенно в таком доме и в такой семье.

– Ох, Дэнни, – тем временем обеспокоенно говорила Синтия, – главное, чтобы твоя затея не вышла нам всем боком.

– Мама, все будет хорошо. Ты, главное, ничему не удивляйся.

– Хорошо, милый. Только я все равно не пойму, как такая хорошая девочка, как Лорен, может повлиять на решения Мэтта?

Дэнни не успел ответить, потому что послышался характерный поворот ключа, а затем дверь открылась, и на пороге появился сам виновник спланированного представления.

Лорен повернулась и, надев свою самую сладкую улыбку, посмотрела на Мэтта. Он улыбнулся матери, кивнул брату, а когда его взгляд скользнул по длинным, бесстыдно выставленным на показ ногам Лорен, его улыбка испарилась.

– Добрый вечер, Лорен, – встречаясь со смеющимися зелеными глазами взглядом, поприветствовал Мэтт

– Мэтт, ты, наверное, ужасно голодный? Давайте садиться за стол, – заботливо подгоняя всех ко входу в столовую, проворковала Синтия.

– Лорен, – отложив приборы, обратился к ней Мэтт, – расскажите о себе, о вашей семье. Чем занимаются ваши родители?

Лорен последовала его примеру и, подняв на него хитрые глаза, приторно-сладко улыбнулась. Вот и настал час «Х»! Долго же Мэтт терпел ничего не значащую болтовню, которую умело вели трое заговорщиков, и даже извинился перед Лорен за их первую встречу. Извинился, правда, весьма формально и абсолютно неискренне, сказав, что между ними явно возникло какое-то недопонимание.

На что она ответила, что старшему брату своего любимого Дэнни готова простить что угодно.

Но обманчиво равнодушное поведение Мэтта заставило Лорен еще пристальнее следить за ним. И от нее не укрылось, какие заинтересованные взгляды он бросал на нее из-под густых ресниц. Но это был не тот интерес, который могло вызвать сексуальное влечение или хотя бы банальная человеческая симпатия. Мэтт рассматривал ее так, как ученый рассматривает лабораторную мышь, прежде чем вскрыть.