Поцелуй меня, если осмелишься!

И Лорен была готова умолять. Когда очередная огненная волна прошла по телу, она поняла, что вопреки всем доводам рассудка – сдается. В бою против собственной чувственности Лорен потерпела сокрушительное поражение и, томно вздохнув, развела ноги, позволяя пальцам Мэтта проникнуть еще глубже, давая полную свободу действия. А потом перестала отбиваться, обняла за плечи и жадно ответила на поцелуй. Он глухо простонал и, подхватив ее под ягодицы, отнес в кровать.

Захмелев от накрывшего с головой желания, Лорен решила, что снимать одежду совершенно не обязательно, поэтому просто рванула молнию брюк и обхватила тонкими пальцами жесткий член.

Но Мэтт имел абсолютно другие, далекоидущие планы. Он насмешливо улыбнулся ее нетерпеливости и с завидной аккуратностью, которую не суждено было испытать ее трусикам, освободил женское тело от платья.

Лорен приподнялась на локтях и даже потянулась за простыней, в попытке прикрыть грудь, настолько смущающим был взгляд Мэтта. Он быстро избавлялся от одежды и пристально, с пугающей откровенностью рассматривал ее наготу. Она бы и рада ему ответить таким же наглым взглядом, но сейчас стыдилась опустить глаза ниже его груди.

– Ты красивая, Лорен, – тихо заметил Мэтт и опустился меж ее ног. Она задыхалась от его ласк. Горячие губы с жадностью голодающего исследовали ее тело: покусывали соски, целовали плоский живот, поочередно оставляли влажные дорожки на внутренней стороне бедер. Лорен зарылась пальцами в темные непослушные волосы Мэтта и, не сдерживая стонов, полностью отдалась во власть инстинктам.

– Все ведь по согласию, Лорен? – прошептал ей в губы Мэтт. Она открыла глаза и, встретившись с его потемневшим горящим взглядом, едва заметно кивнула.

Он накрыл ее губы своими и глубоко вошел. Не осталось больше ни сомнений, ни противоречий, только два сплетающихся в страстных объятиях тела, жаждущих забыть, пусть ненадолго, все, что их мучило последние дни, и раствориться в сладкой истоме, дарованной физическим наслаждением.

Глава 7. Никаких если, никаких нет!

Лорен проснулась от того, что ей прямо в лицо светило озорное весеннее солнце, а с открытого балкона в комнату проникала полуденная духота. Она перевернулась на другой бок и, нехотя открыв глаза, подумала, что если так пойдет дальше, то к июню Нью-Йорк будет напоминать огромную, забитую под завязку людьми парную, а не город со сравнительно приятным океаническим климатом.

Она тяжело вздохнула и поморщилась, ощущая неприятную сухость во рту. Желание менять горизонтальное положение на какое-либо другое отсутствовало напрочь, но организм не принимал никаких возражений и настойчиво требовал посетить уборную. Лорен, как сомнамбула, поплелась в ванную и мысленно послала Дэнни тысячу благодарностей.