Практикум

Ради того безымянного немощного, имя которого никогда не узнаю. Ради Вики. Ради себя. Чтобы все это было не зря. Единственное, чего я боялся больше всего — как бы на протяжении этого трудного пути не потерять себя. И… не стать вторым Уваровым.

Вечера я дождался с трудом, устав от долгого бездействия. Впервые за все прошедшее время тело жаждало движения, подгоняемое воспаленным сознанием. При этом я сохранял удивительное хладнокровие, передумав весь план действий наперед. Мысленно отвечая на возможные возражения и приводя аргументы. И в назначенный час переместился в комнату в Доме Чудес.

Никому в Башне не следовало знать, куда затворник поперся на ночь глядя. Еще чего доброго подумают, что я решил свести счеты с жизнь и побегут к Коршуну. И Рамик будет первым среди них. Он приходил поздно, крутясь вокруг второкурсниц и не желая видеть мою кислую мину. Тем лучше.

Успокоившаяся за время бездействия сила забурлила при сотворении заклинания аппарации. Хотелось продолжать ее тратить, скастовать какую-нибудь пустяшную штуку, но я себе сдержал. Тихонько спустился вниз и вышел наружу, подобно пробудившемуся упырю, который выбрался с кладбища.

Жизнь не замерла, пока я как монах заперся в своей келье. Пахнуло вечерней свежестью и ароматом ужина со столовой, из леса донеслись голоса птиц и гомон бродящих студиозусов, в темноте угадывались фигуры учеников.

Молодые маги, расправившись с учебой и не думая о скорых экзаменах, прогуливались по территории. Маршрут был давно известен — вдоль главного корпуса к пруду, особо глупые парочки забредали в густую чащу, не страшась последствий исключения. Но время было выбрано удачное. В сумраке на меня никто не обращал внимания. Подумаешь, еще один ученик.

Быстрыми шагами, сдерживаясь, чтобы не перейти на бег, я направился к Смородинке. Путь до Лебяжьего оврага раньше казался долгим, но теперь я словно преодолел его всего за пару минут, подгоняемый неведомой силой. И почувствовал накрывающую радость, увидев всю тройку высокородных в сборе.

— Максим, — поднялась навстречу мгновенно разрумянившаяся Светка. Правда, больше она ничего не сказала.

— Кузнецов, присаживайся, — бросил Куракин, восприняв моей появление, как нечто само собой разумеющееся. — Мы как раз решаем, как все обустроить.

— И что решили? — приземлился я на свободный камень.

— У нас будет около двух минут, — взяла себя в руки Терлецкая. — Мне понадобится время, чтобы «пробудить» каждого.

— Но чем больше магов, тем меньше время действия артефакта, так? — поинтересовался я.

— Верно, — ответил Куракин. — Поэтому я и сказал, что «пробуждать» нужно только одного. Меня. Госпожа Терлецкая вряд ли сможет совладать с эмоциями. Потребуется время, чтобы пробить возможную защиту Уварова.