Практикум

— Это ты верно сказал, скотину кормить надо, — пробормотал я, глядя ему в спину и выходя вслед.

Вообще, здешние места можно было даже назвать живописными. Широкие степи, упирающиеся в Саяны. Чуть поодаль к северо-востоку таежные леса с девственными озерами и минеральными источниками. Немногочисленные люди и нечисть, наличествующая тут в изобилии. Работа, по большей части, конечно, не опасная, но меня она интересовала совсем в другой ипостаси.

Для осуществления задуманного пришлось отойти на пару километров от поселения. Неизвестно, как отнесется теневик к немощным. Понятно, что они для него неинтересны, силы в них почти нет. Но лучше перестраховаться. Вспомним ту же мерзлыню.

После жаркого сухого воздуха холодные ветра Иномирья заставили на мгновение задохнуться. К моему удивлению, посреди снежных степей торчали еле заметные остовы домов. Значит, когда-то давно в той деревне жили маги, которые перешли сюда и решили остаться. Что стало с ними? Пали жертвой теневиков или попросту ушли? Вопрос интересный, но не требующий сиюминутного ответа. Что же требовалось именно сейчас?.Призвать моего старого друга.

Выплеск силы получился внушительный. Все-таки расстояние от Терново значительное, неровен час приятель не заметит его. Я даже немного замерз и начал думать, что теневик действительно попросту обиделся. Все-таки сколько я отсутствовал? А время здесь течет совершенно по-другому, чем у нас. Вот он и решил не приходить. Это существенно ломало все планы. Что еще хуже — меня заметили. Только совсем не тот, кого я ожидал.

Порождения чужой, враждебной силы приближались. Вот и ответ на вопрос, куда делись маги из деревни. Ушли они не особо далеко, а теперь решили вернуться. Тем более, когда тут такой дурачок палит в ночное небо из «ракетницы». Инший было двое. На меня сначала пахнуло могильным холодом, хотя казалось, что морознее уже быть не может, а потом на горизонте я разглядел две словно собранные изо льда фигуры.

Двигались иншии неторопливо. Не потому, что опасались меня. Физиологически, если к этим существам можно применить данное слово, они не являлись спринтерами. Я, оставляя глубокие следы в снегу, добрел до торчащего куска замерзшего дерева и уже приготовился возвращаться обратно. На равный бой рассчитывать не приходилось. Хотя бы потому, что я не знал, как этих тварей убить.

В тот момент, когда моя рука почти дрогнула, послышалась тяжелая поступь кавалерии. Привычно нахлынула знакомая сила, можно сказать, даже родная, и взрывая лапами снег, вдали появилась антрацитовая фигура теневика. В отличие от сбавивших ход инший, мой черный друг и не думал останавливаться. Он даже чуть не сшиб меня, подскочив и с интересом обнюхивая.