Практикум

В коридоре никого.

— Мы называли их иншии, — негромко произнес он, вернувшись. — Их всех так зовут.

— Значит, она не одна?

— С подобными ею нельзя справиться. По крайней мере, мы не смогли. Все было, как ты рассказывал. Ни одно заклинание не сработало. Артефакт заключения души разрушился. И тогда Яков закинул ее обратно, в Иномирье. Туда, откуда ее привели. А вернулся уже… таким.

— Получается, мерзлыня может путешествовать по мирам? — спросил я.

— Ты не слушаешь. Я же сказал, не пришла, а привели.

— Кто-то или что-то помогло ей. Она появилась здесь очень слабой, но быстро набрала мощь. Мы успели в самый последний момент, иначе пришлось бы задействовать патриархов.

— Неужели нельзя ее никак убить?

— Не знаю, — честно ответил Козлович. — У Павла был зачарованный клинок. Но он не сработал.

— Какого еще Павла? — растерялся я.

— Эх, Максим, неужели ты до сих пор не знаешь имя своего наставника?

Филиппов Павел, значит? Никаким Якутом и не пахнет.

— Кто такая мерзлыня? — спросил я. — Ведь она похожа на человека. Ну, если очень отдаленно.

— Она и была когда-то человеком. Давно, до разделения миров. Часть магов ушла отсюда и поселилась там. Они взяли с собой все, что могли. Перенесли большую часть волшебных существ. А потом грянул катаклизм. Никто не знает, что произошло. Известно лишь, что сила стала уходить из нашего мира туда. И люди, и существа оказались неспособны справиться с ней.

Я слушал, открыв рот. Это что получается, мы сражались с человеком? Точнее с тем, что когда-то было человеком?

— Многие умерли. А те, кто выжили, трансформировались. И со временем стали такими. Та же участь постигла драконов, единорогов, василисков. Под воздействием силы они превратились в…

— Теневиков, — догадался я. — Викентий Павлович, а какие отношения между иншиями и теневиками?

— Нейтральные. Они стараются не пересекаться. Почему мне кажется, что ты хочешь рассказать что-то очень интересное? — спросил Козлович.

Нет, а что оставалось делать? Я немного помялся и вывалил всю информацию на куратора. Об артефакте Терлецкой, перемещении в Иномирье, конфликте «снежной красотки» с теневиком. Рассудил так — раз уж Козлович друг Якута, то хуже точно не будет. И выяснилось, что честность действительно лучшая политика. Только куратор сразу внес несколько поправок в эту поговорку.

— Скоро к тебе придут из МВДО для составления рапорта.

— Я думал, что мне надо будет только отчет составить?

— Это у вас, школьников отчеты, а в министерстве рапорты. Запомни, лучше чего-то не сказать, чем ляпнуть лишнего. Есть мнение, что рапорты уходят далеко за пределы министерства. К примеру, про хронотиумный артефакт лучше ни слова.

— Почему? — удивился я.

— Они подлежал изъятию, как наиболее ценные.