Приговор воров

 – Где Филин и Петрович? Если бы они были здесь, этот придурок не посмел бы на меня напасть».

– Имя фраера, которого завалили.

– Да ты кто такой? – снова вспылил Петя. – Ты понимаешь, падла, на кого наехал? Тебе же не жить после этого.

– Щукин, – корчась от сжигающей его ненависти, выговорил Петя, – Николай Щукин. Все? Убери ствол!

– Ты что? Совсем тупой? – от неудобной позы у Пети затекла шея и заплыло лицо красной щекочущей кровью. – Ты понимаешь, во что ввязываешься? Кто тебя послал? Кто ты такой? Кто?

– Кто? – повторил невидимый. – Кто завалил Щукина?

«Это какой-то кошмар, – мелькнуло вдруг в голове у Пети.

 – Он явно отмороженный. Какой-то дружок Щукина? Да он теперь меня завалит за смерть друга… Черт, и никого из моих нет. Что же мне делать? Все выложить, чтобы не злить его? Чтобы время потянуть? Сам Щукин – беспредельщик, да и друзья его такие же, наверное. Если есть у него друзья».

Петя похолодел вдруг.

«Неужели я сейчас умру? – подумал он. – Неужели?»

– Кто завалил Щукина? – снова услышал он.

– Рустам, – быстро проговорил Петя. – Киллер из Казахстана.

За этим последовало длинное молчание.

«Рустам? – ошарашенно подумал Рустам, все еще держа пистолет так, чтобы ствол его упирался в шею Пети, не давая тому поднять голову. – Но как? Я же – и есть Рустам. Кто-то сработал под меня? Но зачем? И как? Никогда такого не бывало. Я ведь не хотел этого делать. Не хотел убивать Щукина. Но получилось так, что убил. Но я ведь не убивал. Тогда почему он говорит, что я его убил?»

Сознание Рустама снова начало заволакивать туманом безумия. Он вспомнил вдруг, как очнулся далеко в степи на своей машине – словно бы очнулся, словно бы пришел в себя, припоминая те страшные минуты, когда он казнил свою подругу – словно бы не он это делал, а кто-то другой, живущий в его теле и постоянно требующий крови…

«И теперь точно так же? – с ужасом думал Рустам.

 – Все повторилось? Не может этого быть. Я всю жизнь боялся, чтобы не повторился этот кошмар, хотя и занимался исключительно убийствами. Смерть влекла меня к себе, но я и убегал от нее. И – выходит – так и не убежал? Круг замкнулся, и я… А что я хотел? Если моя жизнь – это постоянное дарение смерти, то все, кто со мной так или иначе соприкоснутся – умрут. От моей руки. Но я не хочу».

Рустам почувствовал, что действительность ускользает от него. Мрак сумасшествия пал на его глаза, он ничего не понимал – его начало трясти, прыгал палец на курке. Петя, наверное, и не понимал, насколько он был близок к смерти.

Какие-то голоса прорвались к сознанию Рустама.

«Сюда идут, – мелькнула мысль у него в голове, – надо уходить. А зачем? Я всю жизнь кормил смерть трупами, когда-нибудь она сожрет и меня.