Приключения майора Звягина. Роман воспитания

— Поэтому мне и нужно было чистосердечное признание. Для этого я и съездил в те квартиры за старыми ключами — после краж-то они новые замки поставили, естественно. Для этого и пошел с фотоаппаратом к знакомому паталогоанатому в морг и сделал там снимок пострашнее, а Джахадзе мне его через час отпечатал, он фотографией занимается. Она-то Стрелкова все равно никогда не видела.

— Интересно, — спросил Юра, — ты по каким учебникам изучал тактику ведения допроса?

— Отродясь не изучал. Но психиатрии и психологии меня все-таки учили.

— Но как ты узнал, что он придет именно в это время?

— У него в час кончается экскурсия.

Погода дождливая, гулять станут только любители свежего воздуха вроде нас с тобой. Он живет с родителями. У нее воскресенье. Логично предположить, что после музея он приедет к ней, благо до пяти матери не будет, — вот потом они могли и пойти куда-нибудь.

Они вошли в Екатерининский садик, близясь к дому. Юра с юношеским пафосом изрек:

— Врач и следователь, — сходные профессии. Один лечит людей, другой — общество.

— Надеюсь, — сказал Звягин, — что возраст излечит тебя от тяги к декламации высокопарных банальностей.

Юра покраснел. Со стуком упал с ветки каштан, кожура разломилась. Он поднял глянцевый шоколадный шарик, побросал в ладони.

— Без пяти четыре, — сказал Звягин, взглянув на будильник, стоящий на скамейке рядом с шахматными часами каких-то отчаянных фанатиков этой игры. — Могу я считать пари выигранным?

Юра молча расстегнул браслет часов.

— Дареное не возвращают, — остановил Звягин. — Носи. Неплохо ходят. Я все собирался завести себе добрую швейцарскую «Омегу». С тех пор, как Бомарше, прежде чем писать комедии и наживать деньги, изобрел анкерные часы, швейцарцы понимают толк в этих изделиях.

Живы будем — не помрем

— Корпуса первых английских торпедных катеров были никак не стальные, а из красного дерева, — сказал Звягин, обернувшись с переднего сиденья в салон. «Скорая» бортовой номер 21032 свернула с Литейного и затормозила у ресторанчика, где в тихие дневные часы обедают при случае бригады, обслуживающие вызовы неподалеку.

Заняв столик, — врач, два фельдшера, шофер, — заказали, что побыстрее. «Скорую» здесь обслуживали в темпе, слегка гордясь финансово маловыгодными клиентами: престиж борцов со смертью, отчаянно мчащихся с сиреной и мигалками по осевой, все-таки иногда срабатывает.

— А моторы на катерах стояли бензиновые, авиационные, — продолжал Звягин просвещать свою команду, прихлебывая молоко. Его лекции на неожиданнейшие темы давно вошли в притчу.

— Леня! Все катаешься!

— Сколько лет, зим, весен! — Звягин от удовольствия сощурился. — А ты все киснешь в своей онкологии?

Онколог вздохнул и махнул рукой.

— Э… Сейчас перед уходом мальчишку смотрел.