Приключения майора Звягина. Роман воспитания

Ефросинья Ивановна довольно засмеялась и, выждав и рассчитав время ужина, известила о себе бесконечным звонком.

Теснимый от порога в глубь квартиры, Звягин хмыкнул.

— Вот что она говорит! — на басах заиграла старуха, как капитан в шторм. Пересказ Светкиной речи расцвечивался сочными словами. — Позови-ка ее сюда! Мы в ее годы… — И наладилась проводить воспитательную беседу о преемственности поколений.

Светка всхлипнула и промелькнула в свою комнату.

— Были б вы мужчиной помоложе… — мечтательно сказал Звягин.

— Ну ударь меня! — готовно закричала Жихарева. — Ударь!

На площадках открывались двери: там слушали и обсуждали.

— Два заявления от соседей — и вас увезут в сумасшедший дом, — предостерег Звягин. — Слуховые галлюцинации и навязчивая идея.

Жихарева осеклась, уставилась недоверчиво. Такой оборот событий она не предвидела.

— А еще врач, — без уверенности молвила она.

— Месяц лечения — и в дом хроников.

— И не стыдно? — заняла оборону Жихарева. — Старухе грозить…

Но меры она приняла: записалась на прием к невропатологу — мол, чувствую себя хорошо, но на всякий случай… Сочла, что запись в карточке послужит доказательством ее нормальности.

Ночью сон Звягиных разорвал треск телефона.

— Теперь ночей не сплю, — сообщила трубка. — Вам-то что!..

Звягин оделся, взял радедорм и спустился на четвертый этаж.

— Ты куда ночью ломишься, хулиган! — вознегодовала Жихарева, открывая. — Круглые сутки покоя от вас нет!

— Снотворное принес, — невозмутимо сказал Звягин.

Старуха взяла таблетки и запустила по лестнице.

— Сам травись, — пожелала она.

Положение стало невыносимым. Ефросинья Ивановна прибегла к анонимкам. Вряд ли она была знакома с историей европейской дипломатии, но тезис: «Клевещите, клевещите, — что-нибудь да останется», — был ей вполне близок. Техник-смотритель из жэка предъявила открытку с жалобой. Апофеозом явился визит участкового инспектора — он извинился, сказал про обязанности: проверить поступивший сигнал… Эту склочницу давно знает. Помирились бы, а…

Жена сдалась: меняем квартиру. Звягин возражал: вид на Фонтанку, и вообще — что за ерунда. Семейный совет постановил попробовать мирные средства наведения контактов. Стали пробовать.

— Ефросинья Ивановна, вам в магазине ничего не надо? — обратилась Ирина, смиряя самолюбие и преодолевая дрожь в душе.

Ответ гласил, что многое надо, не ваше дело, некоторые не так богаты, однако в подачках хамов не нуждаются, грох дверьми!

Седьмого ноября Звягин с цветами двинулся поздравлять ее.

Ефросинья Ивановна растерялась. Цветы ей за последние сорок лет дарили один раз — когда провожали на пенсию.

— Спасибо, — тихо пробурчала она, глядя в сторону.