Приключения майора Звягина. Роман воспитания

— До четырех часов в зале, где кассы, — у буфета.

Пришлось звонить матери на работу, строить легенду о выпавшем срочно месте в двухдневной турпоездке от института, выслушивать сомнения на повышенных тонах… «В конце концов, тебе двадцать лет, ты взрослая девушка, что я могу поделать — взаперти тебя держать? — Мать что-то чуяла, и правильно чуяла… — Только позвони нам сразу, как добралась».

Ларик ждал на Варшавском вокзале, фея ладони о стакан с кофейной бурдой.

— Слушай, — неловко признался он. — Ничего не получилось…

— Что не получилось? (Опять!..) Негде остановиться? Или — поезд отменили, путь взорвали? — она полыхнула злым прищуром.

— Да нет, — вздохнул он. — Просто они не поехали. Там личные отношения… короче, разладилось. Извини…

Он вытащил из кошелька билеты:

— Надо пойти сдать. Или прямо продать в очереди…

Один билет у них схватили сразу, потом еще два.

Ларик взглянул на два, оставшиеся в руке, на часы поверх расписания:

— Четыре минуты осталось. А может — рванем! А? Честно говоря, я уже настроился.

Она молниеносно прикинула время до вагона — и не отказала себе в наслаждении сыграть теперь на его нервах небольшой ритмический танец.

— Что-то скучно без компании… Да и не успеем уже.

— Да, разве что галопом, — согласился он легко.

Она взглянула невинно:

— Слушай — а почему ты с сумкой? раз все распалось?

— Так я ж прямо с работы, — удивился он. — С утра все с собой взял, иначе не успеть.

На часах оставалась минута с половинкой.

— Вообще-то мы старые друзья, — неторопливо проговорила она, следя за реакцией на слово «друзья».

— Вот я и подумал, — спокойно согласился он, хватая протянутую ему сумку.

Запыхавшись, они вскочили в последний вагон при негодующем вопле проводницы.

Их кресла были лицом по ходу движения. Оледеневший Ленинград со стуком выпускал путешественников из своего каменного лона.

Ларик извлек из сумки бутылочку с коньяком и четыре мандарина.

— За благополучный проскок! — приветствовал он. — А то не по-джентльменски получилось бы — пригласить девушку, а потом отказаться.

— За джентльменов, — ответила она. Стало тепло: он действительно хотел поехать с ней, а не блефовал. Еще посмотрим, Катенька, чего стоят твои прожекты!

А ночевать — вдвоем?.. Отмахнулась от этой мысли: э, разве не спали они в одной комнате. Но мысль посвечивала запретным, тем самым; она не спрашивала ничего.

Запасливый Ларик разложил Конан-Дойля и Сименона, — не читалось: болтали, смотрели в окно. В Нарве он добежал до буфета, принес в свертке горячие пирожки и бутерброды, Валя налила кофе из термоса.