Приключения майора Звягина. Роман воспитания

— А можно много делать, но мало чувствовать, — добавила дочка, наматывая на палец алую ленточку.

— Верно. Я думаю, что Лермонтов за свои двадцать семь лет прожил более полную и богатую жизнь, чем пастух в горах — за сто двадцать. Один терзался мыслью и страстью, а другой хранил размеренный покой. В короткую жизнь одного как бы вместилось столько же чувств, сколько в долгую жизнь другого.

— Я не о том, — жена взяла из его опущенных рук книгу и аккуратно поставила на место. — Бывает чувствительный мечтатель-бездельник, и бывает бесчувственный делец, робот. У одного богатая внутренняя жизнь при полном безделье, а у другого богатая внешними событиями жизнь при полной внутренней бедности. Кто из них больше прожил?

— Это крайние исключения. А правило таково, что жажда ощущений толкает человека к действию. Авантюристы обуреваемы страстями. Инфаркт — профессиональная болезнь и гангстеров, и поэтов. И те и другие делают много, только каждый по-разному.

Звягин вырвал лист из большого блокнота и нарисовал график.

— Наглядно? — спросил он. — Чем шире размахи этой линии, чем чаще зубцы, чем больше общая длина — тем больше прожил человек, полнее, богаче. А другой и дольше протянет, да чувствовал-то еле-еле, хилая душа. Разве у такого жизнь? Ни горя, ни радости.

— Ты хочешь сказать, что горе тоже необходимо? — подняла брови жена.

— Обязательно. Вверху — положительные эмоции, внизу — отрицательные. И то и другое — жизнь; и то и другое необходимо испытать нервной системе.

— То есть наверху у тебя как бы счастье, а внизу — страдание?

— И по-твоему, нервная система человека сама стремится к страданию? — недоверчиво уточнила жена, глядя на график.

— А по-твоему, только к счастью?

— Ну, в общем, да. Где же ты видел того, кто по доброй воле хочет испытать горе?

— Везде видел. Иначе почему на свете столько людей, которые вроде бы имеют все, что надо для счастья, — а они несчастливы?

— Но ведь они не хотят быть несчастливыми!

— Э. Думают, что не хотят, а на самом деле хотят.

— Очень просто. Есть сознательные стремления, а есть подсознательные. Сознательно человек рисует себе картину счастья и стремится к нему. А подсознательно стремится к страданию. Потому что нервной системе надо испытать все. Жизнь из горя и счастья пополам, как давно замечено, гораздо полнее, чем сплошное благоденствие. Человек всегда найдет повод для страдания.

Звягин свернул рисунок в трубку и получил подобие цилиндра.

— О, — удовлетворенно сказал он. — Теперь полная наглядность.

— Наглядность чего? — не поняла дочка, силясь постичь новую игру неугомонного папы.