Батя, Батюшко и Бэмби

Никита заранее оповещал, что будет в следующем кадре, щедро делился чипсами, сетовал, что лично ему собаки не видать как собственных ушей из-за аллергии.

— Нет, так-то собаку можно, если лысую, — вздыхал он на финальных титрах, — но лысые собаки совсем некрасивые, и, потом, такие зимой замерзнут.

Оля конспиративно закашлялась и тайком глянула на Дениса. Тот невозмутимо читал титры.

— Ну все. Пора отправляться за снами, — включила Оля «маму».

Разместились по местам очень быстро. Денис лег на дополнительную односпальную тахту, а сама Оля с сыном — на кровати с крошками.

Правда, крошки перед этим предусмотрительно стряхнули. Но как позже выяснилось, не все. Потом выключили свет, потом все пожелали друг другу спокойной ночи, и… не спалось.

Совсем не спалось. Она чувствовала близость Дэна, а когда глаза привыкли к темноте — лежала, смотрела на темный силуэт около окна и вспоминала последнюю пятницу. Как он открыл дверь, а она сразу с порога заявила, что чай тоже будет, и на всякий случай даже купила лимон.

— Интересно, а зомби спать умеют? Если умеют, бинты на ночь снимают? — кажется, Никите тоже не спалось.

— Они их аккуратно сворачивают в рулоны и на ночь отправляют в биксы[30]. Помнишь, я рассказывал тебе про биксы? — ответил низкий голос компетентного доктора.

— Да, помню. И весь гной с бинтов там кипятится, и пузырики сверху, — подхватил Никита."

"— Я сейчас уйду спать в коридор! — пригрозила Оля.

Со стороны тахты послышалось хмыканье, а совсем рядом — обреченный вздох сына.

На следующий день во время прогулки Денис увлек ее к большой снежной елке. Такие елки только в сказках Роу[31] и в настоящих лесах бывают.

Так они впервые остались наедине. И у него смеялись глаза — у этого серьезного доктора. И вообще в тот момент он был вовсе не доктором. А она и вспомнить не могла, когда в последний раз целовалась на морозе. И новогоднее счастье продолжалось. Где-то в стороне слышались крики детей. Елка, потревоженная людьми, почти засыпала обоих снегом, который Денис потом стряхивал с Олиных плеч. И она вспомнила, что на дне дорожной сумки…

— А я тебе галстук привезла и забыла подарить.

Денис оторвался от важного занятия, внимательно посмотрел на Олю, а потом повернул ее и продолжил стряхивать снег.

На этот раз со спины.

— Галстук подождет. У меня где-то в сумке тоже твои перчатки в подарок завалялись.

— Правда?

Нет, она не могла стоять спиной — повернулась. И он снова ее поцеловал. И снова с елки почему-то посыпался снег, словно кто-то специально дернул за большую колючую лапу.

— Снегокатов может не достаться гражданам под елкой, — послышался голос проходившего мимо специалиста по зомби.

* * *Пустая сумка, освобожденная от вещей, убрана в шкаф.