Батя, Батюшко и Бэмби

«Вежливо», — решила наконец. Просто вежливо. В конце концов, этот человек будет делать операцию ее отцу.

* * *— Последний на сегодня, — отрапортовал Антон, разглядывая дневку. — Василий какой-то.

— Ждем Василия, — кивнул Денис. — Что-то не торопится к нам Васенька, — перевел взгляд на часы. — А ты иди пока с бумагами закончи.

Интерн скрылся в смежном кабинете, а в этот же момент раздался стук в дверь.

— Заходите, — Денис не стал дожидаться вопроса «Доктор, можно?».

Васенька оказался отменной упитанности мужчиной с артистической небритостью и твидовым пиджаком. Он довольно решительно вошел в кабинет и потом вдруг замер.

— Присаживайтесь, — пригласил Дэн. Но его приглашение проигнорировали. Пациент пристально разглядывал доктора. Доктор в это же время делал свои практически всегда безошибочные выводы по поводу появившегося в его кабинете человека и проблем, которые его сюда привели.

— Скажите, доктор, — начал тот вдруг резко. — А анонимно у вас консультацию получить никак, да?

— Почему же? — Денис пожал плечами и раз в пятый, наверное, за день поморщился. Все, завтра же зайдет к Рудику. — Помимо работы здесь я консультирую еще в двух частных клиниках. Раз в неделю в каждой. Вы можете подойти туда. И там будет анонимно, если вам угодно. А здесь — контора государева, такие порядки.

— Нет, еще раз куда-то идти я просто не решусь!

Мужчина шумно выдохнул. И словно весь как-то сдулся и поник. Понуро прошел к стулу, даже ногами шаркал для полноты картины.

— Слушаю вас, — подбодрил пациента Денис. — Что вас беспокоит?

Дэн примерно предполагал, что сейчас услышит, но Василий не торопился подтвердить предположения доктора. Вместо этого он вдруг стал заливаться густым девичьим румянцем, который проступал даже сквозь небритость.

— Понимаете, доктор… — наконец заговорил он сиплым шепотом. — У меня… он… — вздохнул и заключил едва слышно: — Стоит плохо.

— Угу, — невозмутимо кивнул Денис. — И висит криво.

— Доктор! — Васенька вскинул на него свои совершенно воловьи ресницы. В глазах стояла почти детская обида.

— Разберемся, — не позволяя себе улыбку, кивнул Денис. — Проходите за ширму и освободите от одежды место осмотра. — И, обернувшись к двери в смежное помещение, окликнул: — Тося!

Уже дошедший до ширмы пациент ойкнул и рефлекторно прикрыл пах, а Денис чертыхнулся про себя. Все-таки прилипло это нелепое «Тося» к парню. Наверное, надо смириться.

Жизнерадостный Малин показался в дверях, деловито натягивая на руки латексные перчатки. Румянец Васеньки стремительно стал сменяться бледностью. Половина щеки красная, половина белая. Денис полюбовался на эти колористические переливы, а потом кивнул интерну.

— Перчатки снимай.