Приручить Цербера

— Мне показалось, или ты меня не осуждаешь за склоку с народным избранником? — спросила Настя.

— У тебя топ задрался, когда ты взмахнула руками в знак протеста, и я, если честно, не слушал, о чем ты говорила… У тебя новый камень в пирсинге.

Ясно, не признается. Ну и ладно. Настя приподнялась на локтях и, спустив очки на нос, проворковала:

— А что еще, кроме пирсинга, тебе во мне нравится?

Данила растер крем в ладонях и очень медленно провел от колена выше, к самому краю купальника, а затем подсунул пальцы под ткань и скользнул рукой по чувствительной коже внутреннего бедра, посылая волну возбуждения по телу и заставляя прикрыть глаза.

— Что же мне нравится? Хм… У тебя неплохое чувство юмора, — с серьезным видом сказал Летов; он подтянулся ближе и улегся на бок, облокотившись на одну руку.

У него были невероятно сексуальные руки, умеренно накачанные, с изящными запястьями, на которых болтались тонкие кожаные браслеты. Пальцы не шершавые, ухоженные. Настя смотрела на выступающую венку у холма Венеры, безрезультатно пытаясь определить, насколько быстро бьется пульс. Лично у нее сердце замерло, отказываясь работать при таких нагрузках. А у него?

Данила лениво втер остаток крема с пальцев в низ ее живота, продолжая дразнить; обрисовал пальцем круг вокруг пупка, наклонился и поцеловал местечко рядом с крошечным сапфиром. Настя зажмурилась от удовольствия.

— М-м… Как же хорошо, когда ты… — Она распахнула глаза и выпрямилась, заставляя Летова отодвинуться. Надо же, казанова, подловил ее, разнеженную на солнце.

— Что — я? Ты не договорила, — церберская рожа расплылась в довольной улыбке.

— Хорошо, когда ты молчишь.

Настя поднялась, натянула шорты, майку затолкала в сумку и, проклиная свою слабость к церберам, направилась к дому. «Не сдавать позиций.» — приказывала она себе. Чтобы отвлечься, снова набрала номер Сани, и та наконец ответила.

Оказалось, подруга появится только утром — то есть уже после того, как Настя уедет. Интересно, не Володя ли так запланировал? Но высказывать свои мысли по поводу кровососа Настя на этот раз не стала: спорить с Санькой было невозможно, потому что та слушала, кивала — и делала по-своему. Сейчас Настя понимала, что подруга пока не готова услышать и принять тот факт, что собирается связать свою жизнь с рабовладельцем. Согласно совету Прохорова, Настя должна выбрать из двух вариантов: а) оставить Саню в покое и принять ее выбор, чтобы подруга набила свои собственные шишки; б) оставить Саню в покое и решить проблему в обход нее.

Вмешиваться в чужую жизнь некрасиво и себе дороже, но в случае с Санькой Настя была полностью готова принять ответственность за свои поступки и нести наказание, если окажется неправа.