Приручить Цербера

«Угнали?» — удивилась она и огляделась. Но потом заметила кабриолет и успокоилась: скорее всего, Цербер сбегал за запасным ключом от своего бульдозера и укатил в закат.

Она дернула за дверцу машины, которая оказалась не заблокированной, и увидела ключ, торчащий из замка зажигания. Рассердился, значит? Ну-ну. И все равно, очень беспечно с его стороны оставлять ключ внутри. Но Настя была рада видеть свою «карету», потому что джип оказался не очень чувствительным в управлении — совсем как хозяин.

Включив музыку, она позвонила отцу, чтобы отчитаться по поводу обследования. Вообще, Настя должна была пройти его только через две недели, но, оставшись на дороге с канистрой бензина, увидела необходимость сдвинуть график.

На обочине жизни, между Николиной Горой и Барвихой, она позвонила в такси и просидела минут тридцать, не меньше, радуясь, что за ней вообще кто-то приедет. Она хотела, чтобы таксист довез ее до джипа, ибо тащить двадцать литров топлива оказалось трудно.

Ей представилось вдруг, как мимо с ревом проносится Артем-бабуин; заметив кузину сидящей на земле возле канистры, он злобно расхохочется и, чиркнув пальцем по зажигалке, швырнет в сторону Насти. Раздастся взрыв, и Цербер станет в объятиях кукольного гарема оплакивать Настеньку до конца дней. Урод.

«А хорошо бы, чтоб он немного понервничал», — подумала она и позвонила на домашний любимому доктору Верещагину.

Правда, Терехова была уверена, что Данила, испугавшись, уточнит, что именно его помощница делает в клинике. А он не спросил. Настя по его взгляду поняла. Он был бледный и напуганный, снедаемый чувством вины. Настя даже хотела заверить его, что все в порядке, но в последнюю секунду промолчала.

«Будешь знать, как своих на дороге бросать».

Этот раунд благодаря нокауту прямо в ворота клиники остался за Настей.

От Верещагина она отправилась в танцевальную школу-студию на Павелецкую набережную, чтобы порепетировать воздушный танец с тренером, и незаметно наступил вечер. Настя решила заехать к Церберу, чтобы забрать фотографии.

Запарковавшись на подземной стоянке неподалеку от жилища Летова, она медленно шла к его дому, не зная, как он отреагирует на ее появление. Настя топталась под окнами несколько минут, прежде чем позвонила в домофон. Она поднялась в церберскую берлогу, ожидая всего чего угодно. Что он плеснет ей кислотой в лицо, что будет кричать и бить тарелки. Но она точно не ожидала этого.

Войдя в квартиру, Настя повела носом, ловя аромат… рыбы? рагу? риса? С обонянием у нее были проблемы, но она почему-то не сомневалась, что на кухне тушилось блюдо на «Р».