Бездушный

Я чувствовала, как пульсировал его ствол между моих бедер, и мне хотелось, чтобы каждый его сантиметр оказался во мне. Я жаждала этого. Но вдруг его лицо стало серьезным.

– Эмилия… – предупреждающе сказал он."

"– Нет, ответь мне. Да и вообще, какое сейчас это имеет значение? Ты получил, что хотел. Я уехала. Так почему бы тебе не унять мое любопытство?

Вздохнув, он отстранился и уперся руками о стену по обе стороны от меня. А затем опустил голову, устремляя свой взгляд в пол.

– Мое тело с ног до головы покрывали шрамы. Я оказался физически изуродован и психически сломлен. Побои, причиненные мне Дэрилом Райлером, погубили меня. Я не решался снять рубашку, когда ходил с друзьями на пляж. Не трахался с девушками при включенном свете. А в голове каждое мгновение крутились мысли, каким чудовищем я стал под своей одеждой. Под своей плотью. А потом появилась ты. Невинная, без единого шрама, с большими добрыми глазами и искренней улыбкой. Ты казалась невероятно чистой, а я – грязным. И, думаю, мне хотелось запятнать тебя.

Он вздохнул.

– А затем ты услышала наш разговор с Дэрилом, – продолжил Вишес. – И я решил, ты догадалась, что он творил со мной. И испугался, что ты кому-нибудь об этом растрезвонишь. Я не мог рисковать, поэтому начал запугивать тебя. А потом и вовсе вынудил уехать из города. Я настоящий засранец, Эмилия. И знаю это. Но не прошу исправить меня. Я такой, какой есть. К тому же мы будем просто трахаться. Использовать друг друга. Пока один из нас не встретит кого-то другого, более подходящего для себя.

Он хотел непринужденности. И это радовало.

Он был светом в непроглядном тумане. Но я лучше всех знала, насколько опасно это великолепное танцующее пламя. И если я смогу отнестись к происходящему между нами, как к мимолетной интрижке, то мое сердце не пострадает. И его тоже.

– Ты когда-нибудь встречался с кем-нибудь с серьезными намерениями? – еле слышно спросила я, когда возбуждение, охватившее нас, немного стихло, а Вишес выпрямился и повел меня на выход, а затем в сторону метро.

Не сказать, что меня удовлетворило его объяснение, но по крайней мере успокоило. Хотя бы немного.

– Никогда, – равнодушно ответил он. – А ты? Ну, кроме…

– С двумя парнями здесь, в Нью-Йорке, – кивнув, сказала я, не давая ему закончить предложение и произнести его имя.

Дин причинил ему такую же боль, как и я. И теперь я это понимала.

– М-м-м, – промычал Вишес.

Мы спустились в метро. Нам повезло: поезд как раз подъехал к станции. И хотя в вагон набилась целая толпа, у меня возникло чувство, что Вишес руководствовался не только этим, когда притиснул меня всем телом к одной из желтых стен, чтобы больше никто не смог ко мне прикоснуться.

– А ты любила хоть одного из них? – Его губы едва касались моих.