Бездушный

А в кошельке – немного наличных.

– Боже, крошка. Спасибо, что не подтираешь мне задницу.

Рози могла язвить сколько угодно. И меня не волновало, как сильно я ее раздражала. Главное, что с ней все будет в порядке.

А еще я собиралась повидаться с родителями. Я не видела их уже два года. Господи, как же мне их не хватало!

– Пожалуйста, скажи маме, что я растолстела и встречаюсь с сорокалетним байкером по прозвищу Крыса. – Рози шмыгнула носом и вытерла его бумажной салфеткой.

– Хорошо. Думаю, это смягчит новость о том, что я беременна близнецами и понятия не имею, кто их отец.

Рози захихикала, но тут же закашлялась и быстро прикрыла рот рукой, чтобы сдержать стон.

– На самом деле, думаю, маме это понравится. – Она сдула с глаз прядь волос цвета ириски. – Развлекись, хорошо?

– Эй, я же еду с Вишесом. А веселье его второе имя.

– Нет, дорогая. Его второе имя – мудак.

Мы дружно рассмеялись."

"Я сжала в руке лямку от сумки и, улыбаясь, спустилась по лестнице. Я справлюсь. Смогу пережить деловую поездку с Вишесом и не пущу его к себе под юбку. И, что важнее, – в свое сердце. Нужно только не забывать о главном.

О деньгах. И средствах. Ключу к финансовой независимости. Разве это трудно?

* * *Мы встретились в аэропорту.

Вишес выбрал для поездки темно-серое пальто, угольно-черные ботинки, кашемировый свитер и привычную хмурую физиономию. Он дожидался меня на улице, отчего холодная нью-йоркская погода окрасила его скулы в темно-розовый цвет.

Он курил дурь в паре метров от входа в аэропорт.

Я слегка удивилась тому, что он не избавился от этой привычки. Ведь Вишес уже не подросток. Ему двадцать восемь, он трудоголик и помешан на контроле. Хотя он всегда был помешан на контроле. Просто в юности обладал меньшим количеством вещей, которые этого требовали.

Потирая руки от холода, я выскользнула из лимузина и побежала к нему. Поверх тонкого розового свитера я натянула куртку в стиле миллитари, которую купила в секонд-хенде, но она не спасала от декабрьской погоды на Восточном побережье. Когда между нами оставалась всего пара шагов, я остановилась и принялась переступать с ноги на ногу, чтобы согреться. Вишес заметил это, но не предложил свое пальто.

– Тебе не кажется, что ты немного староват для этого? – спросила я, намекая на его сигарету.

– Боюсь тебя расстроить, но мне плевать на твое мнение.

Он выпустил в воздух облако дыма.

Я знала, что Беспутные Хулиганы считали меня наивной пай-девочкой с юга. И они не ошибались. Даже Нью-Йорк не помог мне стать жестче. Я все еще не пробовала никаких наркотиков. И по-прежнему не материлась. Да я даже отворачивалась и краснела, когда люди в открытую говорили о сексе.

– Тебя могут арестовать, – проворчала я.

На самом деле меня это не сильно волновало. Но я знала, как его это раздражало.