Прости меня (СИ)

— Мне надо с ней поговорить. Я вспомнил. Она не лгала… Мы, правда, переспали тогда…

— Поздравляю, брат. Вспомнил? Молодец! А теперь спустись с неба на землю и вспомни, что ты тогда ей наговорил. Вспомни, что она потом сделала из-за тебя. Из-за твоих слов. И ещё одно. Вспомни, что она теперь замужем.

Эхом разноситься в голове.

Я убил нашего ребёнка.

Мне становится так больно, что если бы молния поразила меня в данную секунду, я бы и то, меньше страдал.

— О, по лицу вижу. Вспомнил. А теперь бери бутылку, и пошли лечить твои раны.

Матвей увозит меня подальше от людей. В какой-то бар, где нет знакомых лиц.

Мы пьём рюмка за рюмкой. Брат поддерживает меня. Этим летом я был его опорой, теперь он моей. Хотя с меня была так себе опора. Я сам пытался исцелиться, забыть. Но пить, у нас отлично получалось. Как, в принципе, и сейчас.

— А может этот ребёнок вообще и не мой был, — снова я завожу старую пластинку.

Кого я пытаюсь сейчас убедить в этом? Себя, в надежде, что станет легче?! А ведь чей бы ни был то ребёнок, на аборт её отправил именно я.

— А чей тогда? — поднимает брат одну бровь.

— Ну, не знаю… Например, Никольского.

— А она спала с ним?

— Да… Сто процентов… Наверное…

— Так ты уверен в этом? Или это так, догадки?

— Та как я могу быть уверен?! Свечку не держал. Но, её весь универ хотел. Я за неё чуть четверых не убил.

— Брат, я не знаю. Раз ты кого-то избивал, значит, она была против. А ты с этим Никольским разговаривал? Спрашивал, было ли между ними что-то?

— Ебать, ты мудак Гордей. Я думал, я полный трешь, но ты меня явно переплюнул. Ты обвинил девушку, которую любишь в бесчисленных изменах, при этом, не имея ни одного аргумента или доказательства?

— Ебать, ты умный думаешь, да? А кто это три месяца назад избил парня чуть не до смерти? Я что ли?

— Что ты сравниваешь?! Она с ним действительно спала.

Она замуж за него вышла. А у тебя была только твоя ревность.

— И что мне теперь делать?

— Для начала выяснить правду. Надо найти этого Никольского.

В этот раз берём такси, и едем назад на вечеринку. Он там.

— А знаешь, я ещё в самом начале заподозрил, что она всё помнит.

— Почему мне не сказал?

— Я хотел. Но ты мне закрыл рот. И сказал, что не хочешь о ней говорить.

Заезжаем за ворота, и я сразу же выскакиваю.

Я должен знать правду.

Вылавливаю Никольского в объятиях своей новой девушки. Он почему-то ехидно улыбается мне, и кажется, даже догадывается, почему я к нему пришёл.

— Нам надо поговорить с глазу на глаз. Пойдём со мной, — в моих глазах бешенство, а в голосе такая сталь, что он даже не пытается сопротивляться.

— Ты такой медлительный, Горский. Тебе потребовался целый год, чтобы собраться со мной поговорить.

— О чём это ты? — я сейчас слишком пьян, и плохо догоняю, о чём именно он говорит.

— О твоей вечеринке.