Прости меня (СИ)

Чтобы отравить в себе всё то чувство, которое до сих пор теплится к Горскому.

Это невыносимо больно любить его. Он так много боли мне причинил. А я всё равно дрожу рядом с ним. Стоит вдохнуть его аромат, и я чувствую себя бесхребетной и не имеющей собственного мнения девушкой. Рядом с ним я забываю все обиды. Просто срабатывает магнит. А как известно в физике, магнит отключает и блокирует все лишние волны.

— Это был он? — неожиданный вопрос мамы возвращает меня на землю. Всё время когда думаю о нём, перехожу в какое-то иное пространство.

— Ты о ком? — всё-таки пытаюсь включить дуру.

Вдруг проканает. Хотя зная мою мама, она докопается до истины, даже не доставая лопату. — Ладно, мам. Не смотри ты так на меня.

— Так он? — всё равно не унимается мама.

— Понятно теперь кто голову тебе вскружил. Красивый, хоть и скотина.

— Не знаю. Поговорить. Спрашивал не донимает ли кто-то. Думаю, что-то сам напридумывал. В общем без разницы. Я прогнала его, и сказала, что ненавижу. Пусть не приезжает больше.

— А это правда? — совсем нежным голосом спрашивает она.

— Мама… Ну зачем ты так? Не береди… Правда ненавижу.

— Ладно, ладно.

Успокойся. Давай Анюту. Я её уложу. Иди и ты отдохни. Вон какие синяки под глазами.

Мама права. Я последнее несколько недель, слишком вымотана. Это всё то, проклятое 1 сентября. На хрена я туда поехала? Себе же хуже сделала. Сама же после страдала и плакала.

Моё тело так давно не знало разрядки, что стоило ему дотронуться и я чуть с ума не сошла. Та где там? Я реально могла сойти. Позволить ему трогать себя там, это было так легкомысленно. Так опрометчиво. Бездумно…

Но, как же это было хорошо. Почти год оно не знало ласк, прикосновений, взрывов и полетов.

За эти месяцы оно забыло теплоту и шершавость рук мужчины. Как ни странно у меня не было времени думать об этом. Я так погрузилась, сначала в ожидание малыша, а после в роль матери. Что мне даже времени не было думать о ласках.

Хотя по ночам. Поздними и тёмными, он приходил ко мне. То в кошмар, в котором толкал и я тонула. То в постель, в которой трогал, целовал, но не доводил до кульминации. Он поднимался с кровати, и скрывался за дверью с очередной своей девушкой. А я дико бесилась. Ревновала и плакала.

А утром, делала вид, что ничего такого не произошло.

Это сон… Просто плохой сон.

Проснулась от касаний мой малышки. Ей меньше чем через неделю три месяца. Мама положила её рядом со мной, и доня уже проснулась.

— Привет, моё солнышко ясное. Выспалась? Наверное, проголодалась уже? Сейчас мама тебя покормит.

Малышка жадно хватает своими пухленькими губками мою грудь, и начинает смоктать.

— Не спеши, моя хорошая, я рядом.

До конца недели никаких неожиданностей не происходит. И я наконец-то могу расслабиться. Всю неделю как на иголках.