Прости меня (СИ)

— У тебя два варианта. Либо едешь со мной. Я обещаю ехать спокойно. Либо остаёшься ночевать. Я приставать тоже не буду. Даю слово.

Говорю, не подумав. Понимая, что она ни за что не согласиться остаться у меня.

— Хорошо, — только и говорит она.

Она говорит хорошо? А что хорошо? Боюсь уточнить.

— Я останусь. Но ты обещал вести себя прилично.

Боже, я сейчас чувствую себя полным придурком. Потому что улыбка моя до ушей. Но как не стараюсь стереть эту дебильную улыбку с лица, не выходит.

— Можно я приму душ?

— Конечно. Полотенце в верхнем комоде.

Дверь ванной закрывается за Наташей, а меня начинает тупо трясти.

Просто от того, что она рядом. Она будет спать в моей кровати со мной. Я даже о таком и не мечтал после того, что произошло возле бассейна.

Но главное и, правда, вести себя хорошо. Держи себя в руках, Горский. Никаких касаний и тем более ничего больше. Ты всё испортишь, если посмеешь переступить черту.

Пока Наташа в душе, позвонил Максу. Они сейчас занимаются нашим преподом. Я обещал тоже подъехать, но планы поменялись. Я с ним завтра разберусь.

Наташа выходит с душа, обмотана только полотенцем. Её волосы влажные, и с них стекает вода.

Я смотрю на неё всего каких пару секунд, а потом перевожу взгляд в никуда.

Нет. Нет. Это выше меня. Она настолько сексуальная и соблазнительная сейчас, что мой член сразу же подпрыгивает вверх.

Ничего не говоря, сам иду в душ.

Стою под ледяной водой двадцать минут. Этому голодному зверю, хоть бы что. Он так же стоит колом, и скорее всего, ждёт, что его сегодня выгуляют. Но этому не бывать.

Когда выхожу с душа, Наташа уже лежит под пледом на кровати.

— Извини, я взяла твою футболку. Не спать же мне голой.

Она сказала слово "голой"? А что ещё говорила?

Ау, мозг, включись обратно.

Вернись к работе. Но он не реагирует. Он предпочёл думать о теле Наташи, которое теперь в моей футболке.

Снимаю свою футболку, выключаю свет и ложусь в шортах спать. Сразу же отворачиваюсь от неё. Чтобы не слышать запаха. Чтобы не видеть её тело. Чтобы не хотеть.

Хотя нет. Последнее всё равно не получается.

— Спокойной ночи, — мурлычет она. И я только сейчас вспоминаю, что только что видел, пустую бутылку вина, возле кровати.

Пока я принимал душ, черри её оглушила.

— Спокойной, — отвечаю я.

Хотя понимаю, что нифига эта ночь не будет спокойной.

Что же ты творишь, черри? Что?

Зачем поддалась соблазну остаться с ним рядом?

Но, чёрт, этот вечер, моя капельница. Моё здоровье. Моё оживление.

До того как потерять сознание, я видела с какой яростью Гордей избивал Багрова. И мне не было его жалко. Абсолютно. Он должен понести наказание. Он этого заслужил. Но в тоже время, мне стало страшно, за Горского. В нём кипела такая злоба, что я думала, он убьет его.

Когда же я пришла в себя, то сразу поняла, где нахожусь.