Прыжок под венец

– Я забираю вас себе! – перебила его я.

В оглушительной тишине было слышно, как кто-то тихонько ойкнул. И тотчас же на мои плечи опустилась невидимая тяжесть. Фамильяры поторопились оставить несчастного Харора, перебравшись ко мне.

– Анна, ты с ума сошла! – Вэйланд, очнувшись от ступора, аж подскочил на месте, услышав это. – Ты – верховная жрица короля-дракона! Ты не смеешь…

– А теперь вы свободны, – довершила я свою фразу, победоносно улыбаясь. – Идите с чистой совестью в мир теней. И знайте, что вашим родным и близким ничего больше не грозит. – Посмотрела на притихшего Харора и с легкой ноткой угрозы спросила: – Правда ведь?

Тот растерянно кивнул. Затем почему-то охлопал себя руками по бокам, словно убеждаясь, что фамильяры действительно его покинули. Робко улыбнулся.

– Спасибо, – прошептал он, и на его глазах блеснули слезы благодарности. – Анна, спасибо тебе! Я… Я просто не представляю, как отблагодарить тебя! Ты спасла не только мою жизнь, но мою честь!

Вскочил с коленей так стремительно, что его движение слилось в размытую тень. Качнулся ко мне с распахнутыми объятиями, явно желая заключить меня в них…

– Остынь, – хмуро бросил ему Вэйланд, как-то очень незаметно вклинившись между нами.

Харор тут же уныло вздохнул и опустил руки. А я украдкой улыбнулась. Нет, Вэйланд, конечно, тот еще типчик. Но мне определенно нравится то безрассудство, с которым он каждый раз встает на мою защиту. Пожалуй, рядом с таким мужчиной действительно можно почувствовать себя как за каменной стеной.

– Да я так, – оправдываясь, промямлил Харор. – Вэйланд, ты это… Не бери в голову, что ли. Просто я очень, очень благодарен Анне! – Его голос неожиданно окреп, в нем послышались пафосные нотки, и дракон торжественно завершил: – Отныне я ее должник навеки! И только смерть снимет с меня тяжесть сего бремени!

Я едва не рассмеялась от его слов. Было в них что-то неуместно патетичное. Ишь, как заговорил. И не скажешь даже, что менее суток назад он с гордостью демонстрировал мне свое достоинство, украшенное сиреневым бантиком.

Но остальные восприняли обещание Харора более чем серьезно. В зале вновь повисло тягостное молчание.

Между тем тяжесть на моих плечах не торопилась исчезать. И я невольно заволновалась. И что это такое? Я же сказала – все свободны, все могут идти куда угодно.

– Мы не оставим тебя, – шепнул на ухо незнакомый голос, и кто-то ласково погладил меня по волосам.

– Ты спасительница нашего народа, – вторил ему другой голос.

– Мы вечно будем оберегать тебя! – дружно завершил хор.

– Спасибо! – Я невольно растрогалась и шмыгнула носом.

Надо же, так приятно и мило. Нет, кто бы что ни говорил, а дашшахи умеют быть благодарными. Получается, теперь у меня целых шесть защитников.