Прыжок под венец

 – Ты согласна?

– А ты способна отправить меня в родной мир? – невежливо вопросом на вопрос ответила я.

Как-то это подозрительно. Я более чем уверена, что магические способности Генриетты оставляют желать лучшего. Иначе она не переживала бы так из-за погибшей гарпии и без проблем увидела бы моих фамильяров. А тут такое! Сдается, на подобное способен лишь очень сильный колдун.

«Но ты ведь каким-то образом перепрыгнула сюда, – резонно возразил внутренний голос. – А талантами в магии ты совершенно не блещешь».

– Я могу попробовать. – Генриетта эффектным и наверняка многократно отработанным жестом откинула гриву роскошных волос себе за плечо. – Есть множество ритуалов. Например, поиска истинного пути. К тому же ты уже пересекла один раз грань между мирами. То есть тебе это подвластно. Надо лишь указать дорогу обратно…

На этом месте верховная гадалка запнулась и с подозрением прищурилась, прислушиваясь к чему-то.

И я знала, к чему именно.

Дашшахи вокруг меня устроили какую-то непонятную, но очень оживленную возню. Очень тихо, на самой границе восприятия звука, они дружно пересвистывались, очевидно, обсуждая всю эту ситуацию.

– Тут точно никого нет? – с подозрением осведомилась Генриетта, нервно оглядываясь по сторонам.

– Я никого не вижу, – совершенно искренне ответила я.

И ни капли не покривила при этом душой. Фамильяры ведь невидимы, так что будем считать, я говорю полную правду.

В этот момент дашшахи, как по команде, прекратили суетиться, и в библиотеке наступила полная тишина.

– Ну хорошо, – чуть спокойнее сказала Генриетта, перестав озираться. Опять взглянула на меня и повторила недавний вопрос: – Ты согласна?

Я не торопилась дать ответ. Не нравилась мне эта ситуация. А подозрительная готовность помочь со стороны Генриетты настораживала.

Хотя, с другой стороны, она в первую очередь печется не обо мне, а о себе. Если я покину этот мир, то это в первую очередь будет выгодно именно ей. Она вернет себе Вэйланда и, скорее всего, все-таки станет верховной жрицей. Право слово, Единый не сможет не оценить такую настойчивость.

И все-таки у меня язык не поворачивался согласиться. Вэйланд, конечно, тот еще самолюбивый и заносчивый тип. Однако если бы не его настойчивые попытки ограничить мою свободу, то, думаю, я бы куда благосклоннее восприняла свою участь.

Но в родном мире у меня осталась семья. Мать и сестра. Будет чудовищно жестоко с моей стороны навсегда исчезнуть из их жизни, не сообщив о том, что у меня все в порядке.

– А если ничего не получится? – неуверенно поинтересовалась я.

– О, так ты все-таки кочевряжишься. – Генриетта презрительно ухмыльнулась. – Набиваешь себе цену перед Вэйландом. Так бы сразу и сказала, что все твои прыжки – просто оригинальная брачная игра.