Прыжок под венец

Стыдливо скрестил ноги, наконец-то спрятав от меня то, что так недавно горделиво выставлял на всеобщее обозрение.

– В общем, не суждено нам быть вместе, – горестно заключила я. – Ты слишком хороший парень и достоин лучшей участи.

– Дела… – задумчиво протянул Харор. Надолго замолчал, обдумывая все вышесказанное.

Я тоже не торопилась прервать паузу. Сидела и покусывала нижнюю губу, силясь не рассмеяться и тем самым не испортить столь драматический момент.

– А Вэйланд? – внезапно спросил Харор.

– Что – Вэйланд? – непонимающе брякнула я.

Тут же со свистом втянула в себя воздух.

Ох, все окружающие почему-то свято уверены в том, что именно Вэйланд должен стать моим будущим мужем. А я тут таких ужасов понарассказывала. Вряд ли окружающие будут довольны тем, что я намереваюсь в первую брачную ночь полакомиться некоторыми частями тела их верховного мага.

– Вэйланд знает про все это? – уточнил Харор.

– Э-э-э, нет, – честно призналась я, судорожно пытаясь сообразить, как же выпутаться из созданной паутины лжи.

Вот, недаром мне мама говорила: даже самый маленький обман ведет к огромным проблемам, которые будут нарастать подобно снежному кому.

Однако реакция Харора на это признание удивила меня. Я ожидала, что он возмутится, пообещает немедленно сообщить верховному магу о том, насколько жуткая и мучительная гибель его ждет. Однако ошибалась. Лицо блондина внезапно озарила радостная улыбка, как будто он услышал нечто в высшей степени приятное.

– Так ему и надо, – с мстительной ухмылкой проговорил Харор. – Он мне никогда не нравился. Верховный маг, называется! А что он делает?

– Что? – заинтересованно переспросила я.

– Да ничего! – Харор скорчил презрительную физиономию.

 – Это мы, драконы, являемся единственной защитой Альгендии. Это мы проводим лучшие годы на охране границ. Это мы вынуждены отказывать себе в любых удовольствиях. Вот пусть теперь Вэйланд получит сполна.

Я потрясла головой. Яростная тирада Харора мало что прояснила в здешнем мироустройстве, а сказать точнее – еще больше все запутала.

– Я чувствую, тебе надо облегчить душу, – вкрадчиво проговорила я. Затараторила, торопясь вылить на Харора потоки елея и лести. – Помоги мне. Я ничего не понимаю в происходящем.

Ты ведь мужчина. Ты дракон. Ты должен защищать слабых.

– Это ты-то слабая? – скептически переспросил он. – Заметь, у нас девушки после совместной ночи сердца мужчинам не вырывают. Даже у троллей такой традиции нет.

Я усердно захлопала ресницами. Состроила самую жалостливую физиономию. В конце концов, не одному ведь Харору действовать мне на нервы своими страдальческими минами.

– Ну хорошо, – немного смягчившись, проговорил он. Посмотрел на себя и добавил: – Правда, оденусь сначала. Как-то прохладно так сидеть.