Рад, почти счастлив…

Но разве могли помочь эти клоунские полумеры? В действительности Иван знал только одно настоящее приготовление к празднику – надо выяснить, кто придёт в гости. Если не на саму Ночь, то хотя бы первого.

Полный решимости, он схватил телефонную трубку и дозвонился маме в Вену.

– Давай, я добуду тебе билет! – предложил он. – У меня такая злость на твою Австрию – я уверен, что добуду. Ну что мы будем на Новый год порознь?

Ему казалось, если мама вернётся – это будет большая победа добра, и год пойдёт, как по маслу, без ошибок и расплат.

– Нет, погоди, какой билет? – рассеянно удивилась мама.

Она только вошла – была на Вайнахтсмаркте у Ратуши. В толпе не тесно, подвыпившие австрийцы добры и галантны, какая-то поддержка, семейственность, общий праздник. Глинтвейн забирает, как хороший вальс, но на холоде хмель выветривается. Приходится пить ещё, под горячий, с дымком, бутерброд. Но это всё ерунда. Главное – её пригласили на одну полезную новогоднюю вечеринку. Может быть, произойдёт какая-то встреча, предложат интересные переводы? Может быть, ещё что-то новое перед ней развернётся – человек? Призвание? Словом, Новый год в Москве, со стариками – для неё сейчас непозволительная роскошь. Пусть не обижаются, а поймут.

Андрей приветствовал его бурной рассеянной фразой. Он толкался в магазине со списком покупок.

– Слушай, ты как, к нам на Новый год не собираешься? – спросил Иван, морозным куском вклиниваясь в тёплую толчею Парижа.

– Подожди, я выйду! – крикнул Андрей, пробился к выходу и, в уголке закурив, взялся объяснять своему другу, почему не может приехать.

– Ты лучше сам приезжай! Приезжай, приезжай – это будет то, что надо! – стал уговаривать он. – Я тебе даже билет найду – у меня есть волшебное знакомство в одной авиакассе. Решайся! С людьми тебя подружу! У нас ресторанчик арендован, с кёрлингом! Слушай, а ведь у меня и невеста для тебя есть! Очень милая девчонка! Старомодная, кстати, особа – ждёт принца.

– Ты смеёшься? – сказал Иван. – Куда я поеду? У меня бабушка с дедушкой. Знаешь, что они подумают, если одни останутся на Новый год? Вот представь!

Для окончательной гибели оставалось ещё позвонить Косте. Но такой звонок был напрасен уже потому, что Костя, если надумает, завалится и без приглашения. Чем больше его зовёшь – тем меньше шансов.

– Мучение, а не погода! Кости ноют, руки не гнутся! – жаловалась бабушка, заметая осколки шаров. Они с дедом только что нарядили свою маленькую искусственную ёлочку.

– Вы-то хоть на Новый год здесь будете? – спросил Иван. – Или у вас тоже планы?

– Василия Петровича зайдём поздравить. А что? – удивилась бабушка.

Внук, смеясь, покачал головой. Василий Петрович был их старый сосед по площадке.

– Как думаешь, может, отца позвать? – спросил Иван. – Он там один.