Рай по завещанию

Он замолчал, пальцы девушки вздрогнули и начали описывать круг за кругом по верхнему краю бокала. Рэму показалось, что кто-то водит пальцем по его животу. Он нахмурился, глубоко вздохнул и попытался уловить, о чем спрашивает мистер Джозеф.

– … угодьями вы сами?

Мистер Джозеф явно хотел выяснить, совместим ли он сам с титулованным лордом.

– Мой отец занимает видное положение – Рэм посмотрел на Иден так, что та невольно подняла глаза. – Лорд Гаскелл Маклин.

Девушке показалось, что он ударил ее, так жестко прозвучали его слова, обращенные ко всем, но к ней – в первую очередь.

Мужественное загорелое лицо Рэма, обрамленное каштановыми кудрями, в свете фонаря казалось золотистым. Чистые голубые глаза поблескивали, тонкий прямой нос придавал надменный вид.

Иден, не выдержав напряжения, неожиданно для себя встала. Джеймс тоже поднялся.

– Иден, что случилось?

– Ничего. Просто… Просто мне нужно выйти на воздух.

Дрожащая рука коснулась корсажа, она слабо улыбнулась, словно прося у всех прощения. Все мужчины быстро встали, прощаясь с девушкой, только шотландец поднялся словно нехотя, не отрывая глаз от округлости груди, которую Иден тщетно пыталась заслонить от его взгляда.

– Я провожу тебя, – Джеймс отодвинул ее стул, но Иден остановила брата.

– Нет, все в порядке, Джеймс, я сама. Я ведь тоже новичок в море. И, как говорит доктор Шонветтер, меня ждет немало удивительного, – она улыбнулась каждому, за исключением Рэмсея Маклина, и вышла. Когда дверь закрылась, Иден прислонилась к дощатой стене коридора. Воздух был наполнен соленым запахом волн. Девушка судорожно вздохнула.

– Ты просто устала от всех перемен, – шепотом сказала она самой себе. Плечи ее задрожали, Иден задохнулась от раздражения. – И этот грубый шотландец здесь ни при чем!

Желтый огонь фонаря освещал каюту Иден робким светом. Девушка развязала шнуровку корсажа, высвободила руки из рукавов, и платье мягко скользнуло вниз. Прежде чем убрать его в сундук, Иден, несмотря на прохладу, несколько минут с удовольствием созерцала мягкий бархат цвета чайных листьев. Пальцы ласково гладили довольно глубокий вырез, отороченный кружевом, скользнули по высокому корсажу с вышитыми шелком виноградными листьями и украшенному крошечными жемчужинками. Раньше у нее никогда не было таких роскошных платьев – это Джеймс заказал его незадолго до отъезда.

Вздохнув, Иден быстро облачилась в теплую ночную рубашку. Она распустила волосы, тщательно расчесала кудри, затем умылась и протерла лицо розовой водой. Холод наконец-то добрался до нее, и девушка, дрожа, взобралась на довольно высокую койку, накинула одеяло на плечи и, чувствуя себя неуверенной маленькой девочкой, расправила его.