Рай по завещанию

Широкие плечи Рэма печально ссутулились. Он должен увидеть Иден, чтобы избавиться от наваждения и убедиться, что представление о ней соответствует действительности. И что тогда? Женщина его болезненных мечтаний в невеселых фантазиях легко превращалась в холодную, подлую шлюху, которая отказалась назваться его женой, отвергла брачные клятвы и обрекла его на тяжелый труд и унижения.

Рэм вздрогнул, когда холодный ветер показался прикосновением неверной любовницы. Нет смысла торопиться. Он встал, вскочил в седло, тронул коня. Медленное цоканье копыт глухо отозвалось в сердце.

– Почему ты до сих пор носишь этот кинжал? – Иден сняла с головы шаль и набросила ее на плечи. Солнце и быстрая ходьба разогрели ее, и теперь, когда холмы стали преградой ветру, Иден позволила легкому бризу коснуться волос, освежить лицо. Большую часть дня она провела вместе с Кариной в долине, собирая дикие цветы и целебные травы. Полная корзина билась о ярко-красную клетчатую юбку.

Рука Карины легла на холодный металл у пояса. Она коварно сверкнула голубыми глазами и улыбнулась.

– Защита. Девушке нельзя без защиты.

Я слышала, что раньше здесь…

– Карина, да кто осмелится напасть на тебя в Скайлете? – Вопрос был весьма разумным, поскольку она – дочь лейрда. Но взгляд Карины, в котором скользнула озабоченность, заставил Иден задуматься.

– Эверт Блейк, Хенсли Маклин, Роберт Маккренна… – Карина по пальцам перечислила холостяков Скайлета, затем удивила Иден тем, что добавила имена женатых мужчин.

– Но ты же дочь Гаскелла!

– Незаконнорожденная, – добавила Карина с удивительным отсутствием неприязни. – Думаю, они это всегда помнят. Я в их глазах лакомый кусочек – горячая кровь Гаскелла, да еще рожденная в грехе.

Яблочко от яблони… Так они считают. А женщины глаз не сводят с моего живота – глупые шлюхи. Нельзя вырастить овес, если поле не засеяно.

Иден остановилась и уставилась на свою чувственную золовку.

– Ты хочешь сказать… – она не закончила фразу. Как это неблагородно – задавать такие вопросы!

– Девственница? – смех Карины заставил Иден ощутить вину. – Видите, даже вы, леди, и то сомневаетесь. Но дело в том, что не было случая. Оставаться чистой – чертовски сложное дело! Например, весной, – она подняла палец, – я спала в своей кровати в доме матери, а сын соседа прокрался в мою комнату.

Он чуть не изнасиловал меня, пока я доставала кинжал. И чуть не отдал Богу душу. Мой отчим был жутко зол. Мы вообще не ладили – отчим и я. Это он настоял, чтобы отправить меня к Гаскеллу. Одной рукой отчим держится за Библию, а другой загребает радости жизни, – Карина отвлеклась от воспоминаний и посмотрела Иден в лицо. – Такие есть и среди людей высокого звания, и низкого.