Рай по завещанию

Осуждал собственного епископа, который спал с собственной женой, – она покачала головой и вздохнула. – Это я предложила послать мальчика куда-нибудь, где не надо было бороться ни с церковью, ни с отцом. А с его умением обращаться с книгами университет в Эдинбурге показался подходящим местом… Он очень много ему дал! Рэм учился и обнаружил большие способности к делу, начал находить свое место… Кроме дел с женщинами.

Иден кивнула, нахмурившись, всем сердцем понимая трудности и боль Рэма. Его окружали бастарды Гаскелла, постоянно напоминая о судьбе матери.

Он решил никогда не жениться, даже не иметь детей ни от одной женщины. Но Гаскелл – хитрый дьявол – знал об огромной любви Рэма к Скайлету. После Эдинбурга Рэм посвятил годы, улучшая поместье. Он вложил в него все свое сердце.

– А Гаскелл узнал, что у его давней любовницы есть дочь…

– Красивая дочь и истинная леди, – добавила Маккей. – Он рассчитал, что кровь дочери прекрасной Констанции согреет Рэмсея. А у него будут верный сын и внук. Это звучит эгоистично, но я считаю… он прав.

Иден сжала руки на коленях и поняла – она прощает Рэму все.

Он больше не был для нее холодным, самодовольным дворянином, который смело шутил на палубе «Лампы Гидеона» и забрался в ее постель, чтобы заставить выйти замуж. Теперь она понимала его, как никто другой. В его сердце столкнулись мораль и образование с наследственной чувственностью.

Придя к такому выводу, Иден ощутила сходство с собственной борьбой и страстью. Она молча сидела у огня, в то время как Маккей сочувственно смотрела на молодую госпожу. Иден думала о контрасте между глубокой и страстной любовью своих родителей и неистовым вожделением, наполнявшим жизнь старого Гаскелла, ощутила жалость.

Рэм считал, что, пойдя на поводу у своих желаний, станет вторым Гаскеллом… он так СКАЗАЛ, не зная, что существует другая возможность… чудесная, приятная возможность. Ну что ж, его надо научить – Иден выпрямилась, – даже если это будет означать обольщение его снова и снова, пока не исчезнет сомнение и напряжение. Чувства и мысли отражались на лице, требуя разрешения. Маккей готова была помочь юному женскому сердцу, однако только сама Иден может принять решение, только она может найти ключ, чтобы освободить Рэма от оков прошлого.

Иден вздохнула полной грудью и поднялась. Губы ее были сжаты, глаза горели.

Маккей тоже встала, испытывая облегчение.

– Уехал проверять стада в восточных долинах. Господь знает, когда он вернется.

Иден мягко улыбнулась, видя вопросительный взгляд экономки, и вспомнила содрогающееся тело Рэма, когда он недавно обнимал ее.

– Не думаю, что он будет отсутствовать слишком долго.