Рай по завещанию

– Да, я! – ей казалось, она должна защищаться, не позволяя его рукам касаться себя, с другой стороны, может быть, не стоило быть столь жестокой? – И советую запомнить урок, мистер Марлоу, – она словно выплюнула его имя и пошла к столу с красными щеками.

Джеймс сидел рядом с Иден. Он был приятно удивлен качеством вин, которые подавались к столу, и позволил себе это отметить. Гаскелл довольно сухо сообщил, что вина – из его погреба, таких в Шотландии немало, и многие могут составить конкуренцию французским. На вопрос о его впечатлениях Джеймс решил быть откровенным.

– Сыро. Вся Шотландия – сочетание серого и зеленого, будто плесенью покрыто. Люди замкнуты, любят деньги, – он бросил взгляд на Карину, – а женщин нужно держать в цепях.

Арло поднял руку, чтобы остановить возможный поток возражений девушки.

– Верно, все верно, – согласно закивал Гаскелл, поглощая огромную ложку каши.

Иден смотрела на преувеличенно вежливые манеры Джеймса, на неодобрительную усмешку, прячущуюся в уголках его красивых губ.

– К Скайлету… нужно привыкнуть, – она положила ладонь на руку брата. – Но это стоит сделать. Поживи с нами, и убедишься, что я счастлива здесь. Я не вынесу, если ты уедешь, не переменив свое мнение.

– Иден, потом, – Джеймс посмотрел на обращенные к ним лица.

– Они все понимают, – Иден протянула руку через стол и положила ее на ладонь мужа. – Мы все… семья.

Семья. На следующей неделе Джеймс понял, что она имеет в виду: у каждого есть проблемы, но они всем известны, почти ни у кого нет секретов. Каждый свободен высказывать свою точку зрения, даже если споры, суждения замедляют работу, но они часть жизни. Работы много, и утром, и днем, и вечером, куда ни пойдешь – везде люди, и не так-то просто избежать встреч с теми, кого он решил избегать. С Кариной Грэм, например.

Джеймс наблюдал за Иден и Рэмом, гадая, действительно ли сестра говорит правду, уверяя, что хочет остаться в этом ужасном месте. Не один раз с изумлением замечал, как она усаживается на колени мужа. Мурлыкает, прижимается к его груди, как настоящая проститутка. Щеки Джеймса покрывала краска стыда, хотелось отхлестать сестру. Куда исчезли манеры настоящей леди, которыми он так гордился, когда забирал из пансиона? И даже считал чрезмерными. Да сейчас Дене развязнее, чем все мужчины рода Марлоу вместе взятые!

Рэмсей? Он тоже изменился. Часто улыбается. Презрительная усмешка почти не появляется на губах. Вместе с ней исчезло и высокомерие, и это вызывало недоверие. Лорд должен соблюдать приличия, а он, кажется, готов бросить все при виде юной жены. Стоило Иден появиться, взглянуть на мужа блестящими глазами, как Рэмсей тут же мчался к ней, и они удалялись наверх. Его шурин – настоящий блудливый козел, и сестра не лучше.