Рай по завещанию

Рэм смотрел на женщину своими безжалостными голубыми глазами, словно мог проникнуть во все тайны ее души.

– Г-гаскелл Маклин? – выдавила она с болезненной улыбкой, теперь ясно понимая, почему должна позаботиться о дочери. – Я знала Гаскелла Маклина. Давно. До того, как вышла замуж.

– Тот самый, – взгляд Рэма ясно сказал Констанции, что молодой Маклин немало знает о знакомстве миссис Марлоу с его отцом.

– Вот как? Забавно. Вы – сын Гаскелла Маклина, – веер затрепетал в ее руках – попытка скрыть смущение.

– Забавно, что я мог бы быть вашим сыном, – низкий голос Рэма, казалось, заставлял вибрировать все ее существо.

Констанция посмотрела в его красивое лицо, оглядела мужественную стройную фигуру. Нет, он ошибается, Рэм никогда не мог бы быть ее сыном. Перед ней человек, рожденный от союза твердости и упрямства. Многие годы Констанция не вспоминала о Гаскелле Маклине. Что же стало с ним? Почему его сын здесь?

– Итак, вы знаете… – она улыбнулась, глубоко вздохнула. – И что вы намерены делать? Как хотите использовать свои знания?

Рэм восхитился этой женщиной, посмотрел на фигуру, сохранившую привлекательность. Недавняя встреча с ее дочерью убедила – в этой породе пульсирует чувственность. Еще несколько недель назад он презирал Констанцию Марлоу и считал богатой шлюхой… был уверен, что ее дочь – такая же. Но то, что он так ошибался с Иден, заставило не спешить с выводами и теперь, когда перед ним стояла ее мать – грациозная, смелая женщина. Нет, она вовсе не из тех, кто готов отдаться каждому. Конечно, когда-то она, сама того не ведая, повлияла на характер его отца. Но сейчас Рэм готов был совсем по-другому смотреть на увлечение молодого Гаскелла.

– Я ничего не намерен использовать, мадам, – наконец, ответил Маклин.

Лицо Констанции разгладилось.

– Вы джентльмен, сэр; – она удивилась, когда Рэм поднял брови и выражение его лица изменилось.

– Не совсем, мадам, – его рот скривился. – Не больше, чем мой отец.

– Что придает вам еще большую привлекательность, – в смехе Констанции звучали те же мелодичные ноты, что и в голосе Иден. Сердце Рэма дрогнуло. Констанция продолжила: – Я должна сказать вам, мой муж знает о моем прошлом. Но оно не стало препятствием для нашего брака.

– Значит, вам обоим повезло, миссис Марлоу. Если бы отцу повезло так же… – он галантно поклонился, поразив Констанцию своими словами, затем повернулся на каблуках и пошел к двери.

После неожиданного ухода Рэма Констанция дважды пыталась приблизиться к Иден и расспросить, что же так настроило ее против молодого Маклина. Но оба раза дочь уклонялась от расспросов, тут же соглашаясь на чье-нибудь приглашение. И Констанции ничего не осталось, как наблюдать за дочерью, несущейся по кругу в такт музыке в объятиях молодых бостонцев.