Рай по завещанию

 – Извини меня, но Иден… Нет, это невозможно. Иден вдруг скажет: «Бери меня, Рэмсей, дорогой»?

– В конце концов, она наша дочь. И в ней течет наша кровь. Я не исключаю, что по неизвестным причинам она испытала какие-то чувства к Рэмсею Маклину. Когда она злилась на него, это было единственное, что походило на эмоции – с тех пор, как она вернулась.

– Может быть, она просто презирает его, не больше.

– Ничто не бывает «просто», когда речь идет о страсти женщины, Адам. Я знаю, ты давно это понял, – на щеках Констанции вспыхнула краска, Адам раздраженно взмахнул руками и плюхнулся в большое кожаное кресло.

– Если она даже согласится, чего никогда не произойдет, что это будет за союз? Что бы ни произошло там, наверху, уверен, она не позволит ему коснутся себя вновь!

– О, он коснется… Я сомневаюсь, что она будет долго сопротивляться, – Констанция опустилась на ручку кресла Адама, положила руку ему на плечо, глядя прямо в глаза мужа, в которых таяло сомнение. – Он сын Гаскелла Маклина.

– Гаскелл Маклин… – Адам был поражен.

– Тогда этот человек – угроза всему женскому роду. А мы хотим бросить нашу милую, воспитанную Иден в объятия этого поработителя, в его жадные лапы!

– Да, Адам, – губы Констанции насмешливо изогнулись. – На прошлой неделе она была жеманной, щепетильной ханжой. И стоило только обнаружить мужчину в ее постели, как она превратилась в милую, воспитанную и слишком хрупкую для «жадных лап»!

Адам открыл рот, чтобы возразить, но не нашел, что сказать. На его лице ясно читалось смятение.

– Он кажется благородным. Во всех аспектах. И вполне может быть представительным, если его подлечить и привести в порядок. У него есть титул – пусть и шотландский. Верю, он действительно хочет заполучить Иден. И если пробудил в ней женственность, то кому, как не ему, стать ее мужем? Если кому и учить Иден супружеским радостям, то лучше всего сыну Гаскелла Маклина.

Адам нахмурился. Как, интересно, Иден прореагирует на это?

– Констанция, она никогда не согласится. Назовет его грубым крестьянином и поклянется, что никогда не выйдет за него, – Адам вздохнул, думая о беспросветном будущем. – И у меня под носом всегда будет бродить мученица собственного благородства – до конца моих дней!

– Ты на удивление плохо знаешь собственную дочь, Адам Марлоу. Да, она казалась бесчувственной, увлеченной только соблюдением приличий с тех пор, как вернулась домой. Но я уверена, в глубине души она до сих пор та маленькая девочка, которая пряталась под кроватью Джеймса, чтобы увидеть, как тот бреется, – губы Констанции ласково изогнулись при этом воспоминании. – Нужен человек, который сможет дать волю этой малютке. Мне кажется, Рэмсей Маклин подходит для этого.

– Констанция! – Адам смотрел на нее, не веря своим ушам.