Боец

Ультра делилась со мной многими вещами, что происходили в ее жизни. Она рассказывала о своих родителях и младшей сестренке. Просто щебетала, рядом растапливая мое сердце. Она часто спрашивала меня обо мне, но мне было немного неловко рассказывать некоторые вещи, так как я же не мог ей рассказывать всю правду, а врать не хотелось. Вот так и болтали. Правда, я ее сразу предупредил, что у меня подписка о неразглашении от СБ флота, так как я прохожу свидетелем по одному политическому делу. И в неловких ситуациях просто приходилось останавливаться.

И вот, когда мы уже почти закончили ужинать, к нам за столик подсел парнишка из моего взвода.

 — Здравья желаю, товарищ сержант. Разрешите присесть?

— Садись. Что у тебя? По глазам вижу, что не терпится тебе. Выкладывай!

— Да, тут такое дело, я слышал, что вы программист хороший…

— Допустим… — уклончиво ответил я, посматривая на Ультру. Она немного напряглась, понимая, что тут немного завеса таинственности обо мне приподнимается.

— Товарищ сержант, техники заняты, на станции цены драконовские. У нас, абордажников, много вещей трофейных под паролем.

Помогите нам взломать их. Мы заплатим естественно.

— Тащи мне в каюту свои железяки. Пол цены от станционной, оплата по факту. Только наш взвод пока. Ясно?

— Не совсем, а почему? У ребят в третьем взводе барахла-то побольше будет. — ответил мне мой подчинённый, имя которого я даже не знал.

— Вот, и представь себе, что каждый взвод все железяки мне в каюту сложит. Вот радости будет на полу в столовой ночевать.

— А, понял. Сейчас первый взвод вам свои вещи передаст, потом второй, потом третий. По очереди правильно?

— Правильно.

Сегодня забрать сможете. После отбоя. Принял?

— Так точно! Разрешите идти?

— Иди, любезный. Проход к рабочему столу только оставьте. А то я вас знаю. Завалите мне все тяжелыми БПСами, я в каюту не попаду.

— Есть, оставить проход. — солдатик развернулся и свинтил, радостно кивая остальным.

— Как дети, ей богу! — сказал я, глядя в глазки моей спутницы.

— Берд, а ты полон сюрпризов? — Удивилась Ультра.

— Да, к сожалению — однако как ей сказать, что меня Марк зовут я не знал. Я же не мог всем подряд рассказывать о программе защиты свидетелей.

А так было как — то неприятно, что даже с именем врать приходится."

"Вот так мы и разошлись с нашей встречи. Когда стали расходиться я подарил ей свой браслет, что купил у докторов. Теперь это определенно моя девочка, так как эту безделушку она надела на запястье с радостью и обняла меня.

— До завтра, красотка. — попрощался я.

— Погоди, я еще не закончила с тобой. — Ультра держала меня в объятьях, не желая отпускать.

Мне было приятно, конечно.