Развод. Расплата за обман (СИ)

Я сгибаюсь пополам и ловлю на себе странные взгляды других пассажиров. Кто-то смотрит брезгливо, кто-то равнодушно, и лишь две молодые девушки с небольшими яркими чемоданами — участливо.

Господи, как я до другого города доберусь, если даже минуту рядом с автобусом не могу провести? Снова делаю глоток воды и прикрываю веки, чтобы подумать.

Москва огромный город. Но я понимаю, что если останусь здесь, Марк все равно меня найдет. И я боюсь представить, что он сделает если узнает, что я сохранила ребенка. Нет уж, пусть своих девиц из баров отправляет на аборт! Хотя, они и сами, наверное, рады… Таким как они, ребенок не нужен. Он будет лишь помехой для веселой разгульной жизни. А вот мне этот малыш нужен. Очень! Он еще совсем крохотный, размером не больше яблока, но Господи… как же я его уже люблю.

Начинаю часто-часто моргать, чтобы отогнать слезы. Лучше уж злиться, чем снова скатываться в безнадежную печаль. Все будет хорошо! Все у нас с ним будет хорошо!

Специально, с каким-то садистским наслаждением я воскрешаю в памяти ту сцену из бара. Длинные голые ноги девушки, ее развратная поза… и мой муж. Хозяин жизни. Хозяин той девицы.

В то время как я лила слезы о нашем ребенке, корила себя за жестокие слова и пыталась все исправить, он окончательно ломал нашу семью. Вдребезги.

За эти дни он ведь так и не попытался объяснить что тогда произошло. Не пытался оправдаться. Думал, что я забыла? Не заметила? Видимо, Марк рассчитывал, что переживания о малыше отодвинут все на второй план.

В принципе, так и случилось. Мне действительно наплевать! Пусть хоть каждый день с новой девкой развлекается. Мне все равно!

От внезапной мысли, что возможно именно так он и проводит время, вся моя липовая бравада улетучивается. Слезы начинают литься непрерывным потоком и я неуклюже вытираю их рукавом ветровки. Тут же себя корю за слабость, но ничего не могу с собой поделать. Воображение, подпитанное стрессом, рисует совсем уж дикие картинки его времяпровождения. Где гарантии, что эти два дня в отеле он ночевал один? Где гарантии, что его командировки были действительно рабочими? Где гарантии, что… Нет. Никаких гарантий нет.

Марк показал свою настоящую сущность. Точнее, я сама случайно ее увидела. Кто знает, не приди я в тот бар, может до сих пор бы считала его идеальным семьянином. Дождалась бы его дома с лазаньей, попросила прощения за свои жестокие слова, а потом… а потом на каком-нибудь плановом осмотре его врач бы все равно сделал мне аборт. Только я бы никогда не узнала, что это была не случайность.

Я бы никогда не узнала, в какой компании мой муж на самом деле проводит вечера.

Я бы никогда не узнала, какой он на самом деле…

Мои розовые очки не просто разбились стеклами внутрь. Их дужки до сих пор сдавливают мои виски.