Развод в 50. Муж полюбил другую (СИ)

Рамазан сжимает челюсти так сильно, что на скулах выступают желваки. Он бросает на меня последний яростный взгляд, затем резко разворачивается и выходит из комнаты.

Через мгновение раздается громкий хлопок входной двери. Я вздрагиваю вместе с ним.

Стою посреди гостиной, не в силах пошевелиться. Слова Рамазана эхом отдаются в моей голове. Неужели он прав? Неужели это я виновата в том, какими выросли наши дети? Когда все успели так измениться?

Мама подходит ко мне и тихо произносит:

— Не слушай его, дочка. Он просто злится и ищет, на кого бы выплеснуть свою злость.

А я стою, оглушенная, пытаясь осознать, что произошло.

Мой муж, мои дети — все они как будто вдруг превратились в чужих людей, которых я совсем не знаю.

— Мама, — в гостиную входит обеспокоенный Мурад, я даже не услышала как он вошел, — что произошло? Я видела как отъехала машина отца. Он чем-то тебя обидел? Или младшие учудили? Я поговорю с ними! Мама, не молчи!

— Все хорошо, Мурад, — отвечаю я, стараясь придать голосу твердость. — Просто разговор с отцом был… непростым.

Сын смотрит на меня внимательно, его темные глаза, точь-в-точь как у Рамазана, буквально просвечивают меня насквозь.

— Мама, я же вижу, что ты расстроена, — он делает шаг вперед, берет мои ледяные руки в свои теплые ладони. — Что произошло? Что он сказал?

Качаю головой и пытаюсь улыбнуться, но губы слушаются плохо.

— Ничего особенного. Просто… реакция младших была немного неожиданной, и твой отец… расстроился.

— Не нервничай, сынок, — мама становится рядом со мной, ее присутствие придает мне сил. — Твой отец просто не был готов к тому, как отреагируют дети.

— А что с младшими? Где они?

— У себя в комнатах, — отвечаю я, глядя на лестницу.

Мурад снимает пиджак и бросает его на спинку дивана — жест, который так напоминает мне его отца, что сердце снова сжимается от боли.

— Мне сегодня звонил адвокат отца, — говорит он, расстегивая запонки на рубашке. — Прислал по факсу предварительные документы на раздел имущества. Тамерлан их уже изучает.

Я тяжело опускаюсь в кресло. Мысли путаются, перед глазами все плывет. Дети, имущество, развод… Все это обрушилось на меня так внезапно, что у меня просто нет сил сопротивляться.

— Я просто хочу, чтобы это все поскорее закончилось, — говорю я тихо. — Подпишу все, что нужно, и пусть он живет своей новой жизнью.

— Что? — Мурад резко поворачивается ко мне. — Ты не можешь просто так сдаться! Тебе положена справедливая доля всего, что вы нажили вместе.

— Мне уже ничего не нужно, — качаю головой, чувствуя, как навалилась усталость. — Я просто хочу покоя.

— А как насчет того, что причитается нам?

Этот резкий голос заставляет меня вздрогнуть. В дверях стоят Фарид и Лейла.