Бригада (1-16)

Им там в Москве отобрать у акционеров алюминиевый комбинат — как два пальца об асфальт, — глядя в глаза Степанычу пронзительно-прозрачными голубыми глазами, рассуждал чиновник районного масштаба. — А мы здесь, что же, не заслужили? Заслужили. Лично я хочу получить «Сибирский крендель». Объясните мне: почему нельзя?

— Нельзя, — набычился Степаныч. — Потому что «Сибирский крендель» — мой.

— Нет, ну давайте же рассуждать логически. Им там в Москве можно…

Простенький силлогизм из начального курса формальной логики совершенно сбил с толку старого человека.

Устав от неразрешимой дилеммы «можно — нельзя», он схватил шапку и выбежал из кабинета. На другой день Степаныч всласть пообщался с представителями санэпидемстанции, что сделало его беднее на кругленькую сумму. Следующим на повестке был пожарный надзор. А очередное получение специальной лицензии и вовсе выглядело стоящим под большим, жирным вопросом.

В свете этих событий «сотрудничество с органами», хотя бы и с тюремными, вселяло в Сте- паныча некоторый оптимизм. Он взялся за возведение «пекарни для зэков» с большим энтузиазмом, и планировал завершить работы до конца месяца.

К тому же, друзей немного согревала мысль, что нормальный хлебушек достанется и Саше Белову тоже.

В знак солидарности со Степанычем, каждый из друзей пожаловался на собственные проблемы. У всех создавалось впечатление какой-то самонаводящейся системы уничтожения. Для начала достаточно завалить таких Штучных зубров, как Белов. После этого и зеленой ракеты никому не потребуется. На местах каждый сам сообразит, как оттяпать в свою пользу… ну, хотя бы ларек, что ли.

Проблемы у всех, за исключением Ватсона, были аналогичными; налоговые проверки свирепствовали как на огромном «Красносибмете», так и в маленькой ночлежке. Притязания алчных мытарей были непомерны и слабо аргументированы.

— Все беды от невежества, — веско подвел итог Фёдор Лукин. — Не знают люди своей истории. Взять вот хотя бы князя Игоря. Тот тоже собрал с древлян подоходный налог. Потом показалось мало. «Вернусь, похожу еще!», — говорит.

Платите, то есть, по второму разу.

— А те что? — заинтересовался Витек, который историю помнил неважно.

— Сам догадайся! Короче, к двум березкам привязали и отпустили. Получились две половинки одного князя. Или французский король Филипп Красивый — взял и грабанул под флагом борьбы с ересью банкиров Европы, тамплиеров. Полная аналогия с «Красносибметом»."

"Единственным собственником, на добро которого до сих пор не замахнулась рука чиновника, оставался доктор Вонсовский.